Посвящено Н. Н. Раевскому Ainsi, triste et сарtif, mа lyre toutefoisS’éveillait… * * Но хоть и был я печальным пленником, всё жемоя лира пробуждалась.
Мне жаль великия жены,Жены, которая любилаВсе роды славы: дым войныИ дым Парнасского кадила.Мы ей одолженыИ просвещеньем и Тавридой,И посрамлением Луны,И мы прозвать должныЕе Минервой, Аонидой.
Вы избалованы природой;Она пристрастна к вам была,И наша вечная хвалаВам кажется докучной одой.Вы сами знаете давно,Что вас любить немудрено,Что нежным взором вы Армида,Что легким станом вы Сильфида,Что
Нет, я не льстец, когда царюХвалу свободную слагаю:Я смело чувства выражаю,Языком сердца говорю. Его я просто полюбил:Он бодро, честно правит нами;Россию вдруг он оживилВойной, надеждами, трудами.