Название книги:
«КАРЛСОН И ТАЙНА ЗАБРОШЕННОЙ БАШНИ»
Новые приключения лучшего в мире проказника и его верного друга Малыша
ВСТУПЛЕНИЕ
Если вы думаете, что уже знаете всё о Карлсоне, то вы сильно ошибаетесь. Да, это тот самый весёлый, проказливый, «в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил», с пропеллером за спиной и большой кнопкой на животе. Тот, кто живёт на крыше в маленьком домике, ест варенье ложками и терпеть не может телячьих котлет.
Но мир не стоит на месте. Однажды тихий Стокгольм накрыла самая странная весна за всю историю: ветер приносил записки без букв, а по ночам из старой водонапорной башни доносился смех — совсем как у Карлсона, но только… другой. Малыш теперь ходил в школу, научился читать толстые книги и даже иногда делал уроки сам. Но когда на крыше появляется Карлсон, никакие уроки не важны.
В этой книге вы узнаете, куда ведёт таинственная верёвочная лестница, почему фрекен Бок на один день стала супергероем и как пропеллер может помочь спасти город от нашествия… впрочем, не будем забегать вперёд. Мотор! То есть — вперёд!
ГЛАВА 1. ЛУЧШИЙ В МИРЕ СЫЩИК
Дождливым апрельским вечером, когда за окном шлёпали по стеклу мокрые ладошки злого неба, Малыш сидел на подоконнике и смотрел на крышу соседнего дома. Там, за кирпичной трубой, притаился домик, о котором не знал ни один домоуправ.
— Скукотища, — вздохнул Малыш. — Если бы Карлсон был здесь, он сказал бы, что дождь — это просто слезы ангелов, которые потеряли свои мороженки.
И в ту же секунду за окном что-то зажужжало. Сначала тихо, как спящий шмель, потом громче, настойчивее, а потом раздалось знакомое «Бз-з-з-з-з!» — и в распахнувшееся окно, кувыркаясь, влетел Карлсон. На нём был новый жилет, из кармана торчала ложка, а за спиной радостно вращался пропеллер.
— Привет, Малыш! — заорал он, приземлившись прямо на кровать. — А я придумал новый способ экономить пышки! Нужно съедать их очень быстро, чтобы они не успели зачерстветь. Я уже попробовал — работает! Теперь твоя очередь!
— У нас нет пышек, — уныло сказал Малыш. — Сегодня мама готовит телячьи котлеты.
Карлсон схватился за сердце, сделал страшные глаза и упал на подушку.
— Телячьи котлеты! Малыш, ты хочешь меня убить! Это худшее блюдо в мире. Они похожи на подошвы, которые обиделись на сапожника. Есть только одно спасение: варенье! Неси банку!
Малыш принёс банку клубничного варенья, и Карлсон, не теряя времени, запустил туда ложку. Но на третьей ложке он вдруг замер, принюхался и отставил банку в сторону.
— Малыш! — прошептал он таинственно. — Ты чувствуешь?
— Варенье? — робко предположил Малыш.
— Нет! Приключение! Оно пахнет как… как… мятные пряники с запахом тайны! Слушай сюда: сегодня ночью я летал мимо старой водонапорной башни, той самой, что за парком, и слышал странный звук. Не пропеллер, нет. Другой звук… «Тр-р-р-трр»… Как будто кто-то завёл маленький трактор внутри пианино.
Малыш округлил глаза. Он знал эту башню. Её построили ещё при прадедушке, а потом забросили. Говорили, что там водятся крысы и сквозняки.
— А потом, — продолжал Карлсон, заговорщицки наклоняясь, — я увидел свет. Окна в башне никогда не горели, а тут — раз! — и зажглись. А знаешь, что самое интересное?
— Что?
— Тень на окне была точь-в-точь как я! Только с усиками. Или это я был с усиками? Неважно. Важно другое: где-то появился ещё один лучший в мире специалист по приключениям. А это уже попахивает конкуренцией.
Малыш задумался. Конкуренция? Карлсон и вдруг боится кого-то? Это было ново.
— Карлсон, ты же говорил, что ты лучший в мире абсолютно всё!
— Так и есть! — гордо ответил Карлсон. — Но если кто-то думает так же про себя, нужно срочно познакомиться и выяснить, кто из нас лучший. А потом поделить славу. Я возьму себе 99 процентов, а тому «кто-то» оставлю один процент, но с условием, что он будет благодарен.
Малышу эта идея показалась подозрительной, но Карлсон уже надел свой пропеллер.
— Собирайся, Малыш. Надевай штаны с карманами — в них удобно прятать улики. Мы идём на слежку. Точнее — на великое детективное расследование! Я — лучший в мире сыщик, а ты — мой лучший в мире помощник, который носит запасное варенье.
— У меня нет запасного варенья.
— Тогда просто будешь носить меня, если я устану. Вперёд!
И они вылетели в ночь. Дождь уже кончился, и лужи отражали звёзды. Карлсон летел низко, чтобы Малыш мог бежать за ним по крышам, перепрыгивая водосточные трубы.
— Тише! — шепнул Карлсон, когда они подобрались к башне. — Я слышу шаги.
Действительно, изнутри доносилось шарканье. А потом — пение. Голос был тонкий, скрипучий, как несмазанная дверца кухонного шкафа.
— Кто живёт на крыше втайне?
— Это я — привет!
— У кого пропеллер с чаем?
— Это я — привет!
— Кто съедает все конфеты, но не чистит при этом зубы?
— Это я, прошу в карету! Самый лучший на свете!
— Это моя песня! — возмутился Карлсон. — Кто посмел её переделать?
Он подлетел к окну, заглянул внутрь — и отпрянул.
Там, в центре старой башни, стоял мальчик. Но не простой. У него за спиной тоже крутился маленький пропеллер, только не заводной, а сделанный из старого вентилятора и маминого пледа. На голове у мальчика была кастрюля вместо шляпы, а в руках — рогатка.
— Ты кто такой? — грозно спросил Карлсон, влетая в окно.
Мальчик обернулся. У него были веснушки на носу и очень серьёзные глаза.
— Я — Густав, — сказал он. — А вы кто?
— Я — Карлсон! Тот самый! А это мой друг Малыш. И я требую объяснений: почему ты летаешь с пропеллером и живёшь в заброшенной башне?
Густав вздохнул и показал на свой пропеллер.
— Потому что я хочу быть похожим на тебя. Я слышал про тебя от дяди, который работает в парке аттракционов. Он сказал, что ты живёшь на крыше и ешь варенье. А я живу внизу, в квартире, где нельзя шуметь. Бабушка ругается, что я слишком много шалю. А я хочу шалить по-настоящему! Поэтому я построил себе этот дом в башне и сделал пропеллер. Только он плохо летает.
Карлсон на минуту задумался. Конкуренции не было. Был просто маленький одинокий мальчик, который хотел друга.
— Ну… — протянул Карлсон, поглаживая кнопку на животе. — Пропеллер у тебя дрянной. Но это поправимо. А в остальном… Малыш, что скажешь?
Малыш подошёл к Густаву, протянул руку.
— Хочешь… приходи к нам в гости? Мама печёт булочки.
Густав просиял. Но Карлсон уже вертелся под потолком.
— Так, — заявил он. — Поскольку я теперь твой наставник в области шалостей, первое задание: научиться правильно есть варенье. Ложкой из банки, пока тебя никто не видит. Второе: придумать, как напугать фрекен Бок. Третье: найти общий язык с собакой Бимбо, которая живёт на четвертом этаже. Всё понятно?
— Понятно! — крикнули Малыш и Густав хором.
Так началась эта история. Но, конечно, это было только начало.
ГЛАВА 2. ФРЕКЕН БОК ИДЁТ В РАЗВЕДКУ
На следующее утро фрекен Бок пришла к Малышу домой с огромной хозяйственной сумкой. Внутри лежали: мука (пять килограммов), скалка (одна штука), строгий взгляд (два штуки) и список правил (сто пунктов).
— Здравствуйте, дети! — громко сказала она, хотя Малыш сидел в кресле, а Густав стоял рядом. — Я слышала, что у нас гости. И раз гости, значит, будут булочки. А раз булочки — значит, будет порядок!
Фрекен Бок была высокой женщиной с кудряшками на голове, похожими на маленькие бублики. Она никогда не улыбалась — потому что считала, что улыбки отвлекают от уборки. Но в глубине души, если очень-очень сильно присмотреться, в ней жила маленькая добрая фрекен Бок, которая обожала, когда её благодарят за тефтели.
— Где этот… ну, ваш Карлсон? — спросила она, принюхиваясь. — Чую запах варенья. Это нехороший запах. От него бывает ветер и шалости.
— Карлсон ещё не прилетел, — сказал Малыш.
— О, прилетит, — мрачно пообещала фрекен Бок. — Я ему приготовила сюрприз.
Она открыла сумку и достала… пульверизатор с водой!
— Это средство от проказников, — гордо объявила она. — Как увижу Карлсона — сразу пшык! Он намокнет и не сможет шалить. Мокрый проказник — безопасный проказник. Это научный факт. Я его сама выдумала.
Густав и Малыш переглянулись. Они знали, что Карлсон воду не любил, потому что она мешала вращению пропеллера.
— Фрекен Бок, — осторожно начал Малыш, — а может, не надо? Карлсон хороший…
— Хорошие люди не едят телячьи котлеты ложкой! — отрезала фрекен Бок. — А он их ел. Я видела следы.
Но тут за окном раздалось знакомое жужжание. Карлсон влетел в кухню, но не один — он тащил за собой воздушный шарик, на котором было написано: «С днём варенья!».
— Привет, добрейшая фрекен Бок! — весело крикнул Карлсон. — Я знал, что без меня скучно, и принёс праздник!
Фрекен Бок подняла пульверизатор:
— Ах ты, в меру упитанный хулиган! Сейчас я тебя…
Но Карлсон не растерялся. Он быстро выхватил из холодильника кусок торта и сунул фрекен Бок прямо в руку.
— Это тебе! — сказал он. — Самый любимый торт в мире — «Наказание сладкоежек»! Я его специально украл у кондитера, который сказал, что сладкое вредно. Ну, то есть не украл, а взял на время. Насовсем.
Фрекен Бок замерла. В её руке был кусок шоколадного бисквита с кремом. Она хотела сказать «Нет!», но язык сказал: «А с чем крем?».
— Со сгущёнкой, — подсказал Карлсон. — И с секретным ингредиентом. С добротой.
— Я не ем доброту, — буркнула фрекен Бок, но кусок откусила.
И тут случилось чудо. Лицо у фрекен Бок разгладилось, как скалка разглаживает тесто. Губы её сами собой растянулись в улыбку. А потом она засмеялась! Сначала тихо, потом громче:
— Ха-ха-ха! Ах ты проказник! Ну ладно… пульверизатор я уберу. Но при одном условии: ты поможешь мне испечь булочки по королевскому рецепту. У меня есть рецепт от самой королевы! Ну, то есть от её повара. Ну, то есть от дворника, который знал повара.
— Согласен! — заорал Карлсон. — Я лучший в мире помощник по выпечке! Я умею тереть тесто носом и украшать булочки вареньем из пульверизатора! Если из него убрать воду и залить варенье.
Час спустя кухня была похожа на поле битвы. Мука — везде. На люстре тоже. Густав сидел с кремом в волосах, Малыш — с шоколадным усом. А Карлсон… Карлсон носился по кухне и кричал:
— Сорок булочек! Сто сорок булочек! Миллион булочек! Скоро они взбунтуются и захотят стать пирожными!
Фрекен Бок вдруг остановилась, посмотрела на это безобразие и… заплакала. Но не от обиды, а от смеха.
— Вы — ужасные дети, — сказала она, вытирая слёзы. — Но я, кажется, была слишком строгой. Может быть… можно один раз в жизни не мыть посуду сразу?
— Можно! Можно! — хором закричали все.
И тогда фрекен Бок сняла фартук, села на стул и впервые за десять лет сказала:
— А давайте просто поедим булочек и ничего не будем убирать до завтра.
Карлсон подлетел и чмокнул её в щёку.
— Ты настоящий лучший в мире друг, фрекен Бок! — сказал он. — Просто ты долго это скрывала.
Фрекен Бок смущённо засопела и полезла в сумку. И что вы думаете? Она достала оттуда настоящий королевский венчик для взбивания сливок и подарила его Густаву.
— Держи, — сказала она. — Раз уж ты тоже теперь живёшь на крыше, тебе нужно уметь взбивать сливки в облаках.
Так в тот день появился новый союзник. И когда вечером Карлсон, Малыш и Густав сидели на крыше и смотрели на звёзды, фрекен Бок крикнула им из окна:
— Спокойной ночи, хулиганы! Завтра будем делать тефтели! Только без фокусов!
— Без фокусов неинтересно! — крикнул в ответ Карлсон. — Но тефтели — это вторая жизнь после варенья!
И луна на небе улыбнулась. Да-да, именно так: широко и немножко по-карлсоновски.
ГЛАВА 3. ПРОИСШЕСТВИЕ В ПАРКЕ АТТРАКЦИОНОВ
В воскресенье мама Малыша сказала:
— Дети, мы идём в парк аттракционов! Только без Карлсона.
— Но почему? — возмутился Малыш.
— Потому что в прошлый раз он устроил соревнование «Кто съест больше сахарной ваты» и выиграл все призы, а другие дети плакали. И ещё он пытался прикрутить пропеллер к карусели.
Карлсон, который в этот момент прятался за шторами, обиженно засопел:
— Я всего лишь хотел, чтобы карусель летала! Это же гениально!
— Поэтому — без Карлсона, — твёрдо сказала мама.
Но, конечно, Карлсон всё равно полетел. Он просто прицепился сзади к коляске, в которой сидела маленькая девочка с куклой, и никто его не заметил.
В парке было шумно и весело. Густав впервые в жизни катался на американских горках и так громко кричал, что сломал селедке на соседнем лотке все чешуйки. Малыш выиграл в тире плюшевого медведя, а потом подарил его фрекен Бок, которая тайком тоже пришла в парк (ей очень хотелось на карусель «Ромашка»).
И всё было хорошо, пока…
— Внимание! — загремел голос из динамиков. — Пропал ребёнок! Маленький мальчик в синей куртке, кудрявый, веснушчатый! Кто видел — сообщите!
Малыш побледнел. Он посмотрел на Густава — тот был в красной куртке. Посмотрел на себя — он был в зелёной. Но веснушчатых мальчиков в парке было трое.
— Это не мы, — сказал Малыш.
Но Карлсон, который сидел на фонарном столбе, вдруг нахмурился.
— Малыш, — позвал он тихо. — Посмотри вон туда, к пруду.
Там, у самой воды, стоял маленький кудрявый мальчик с веснушками. И он плакал. А рядом с ним… рядом с ним кружил странный человек в длинном плаще. У человека не было лица — только огромные тёмные очки и шляпа.
— Это похититель! — встревожился Густав.
— Не похититель, — поправил Карлсон, присматриваясь. — Это… фрёкен Бок, переодетая! Я узнаю её походку. Она шаркает точно так же, когда никто не видит.
— Зачем фрёкен Бок переодеваться похитителем? — удивился Малыш.
Карлсон спустился с фонарного столба, потрогал кнопку на животе (это помогало ему думать) и сказал:
— Единственный способ узнать — устроить ложное похищение. Я полечу через пруд и изобразу злого Карлсона-похитителя-варенья. А вы бегите к директору парка и скажите, что у нас учения по безопасности. Идёт?
— Идёт! — крикнули Малыш и Густав.
Что было дальше — вы не поверите. Карлсон пролетел над прудом, завыл как ветер в трубе и закричал:
— Отдай мне этого мальчика! Я хочу научить его пугать домоправительниц!
И переодетая фрекен Бок, которая действительно оказалась фрекен Бок (она хотела проверить, как работает служба безопасности парка), так испугалась, что уронила очки и шляпу.
— Карлсон?! — заорала она. — Ты зачем пугаешь людей?
— А ты зачем пугаешь детей? — ответил вопросом Карлсон.
Тут подбежали Малыш с Густавом и настоящий директор парка. Выяснилось, что мальчик у пруда — вовсе не потерянный. Он просто ждал, когда утёнок выплывет из-под листа кувшинки. Он любил утят.
— А вы, сударыня, — строго сказал директор фрекен Бок, — не имеете права проводить тесты безопасности без разрешения. Но раз вы такая инициативная… не хотите ли работать у нас смотрительницей за каруселью «Ромашка»?
Фрекен Бок покраснела, потом побледнела, потом снова покраснела и сказала:
— А платят вареньем?
— Нет, деньгами.
— Тогда нет. Я лучше буду печь тефтели.
И она ушла, гордо неся перед собой пульверизатор (на всякий случай).
А Карлсона все хвалили за смелость. Даже мама Малыша сказала:
— Ладно, в следующий раз полетишь с нами. Но только пристегни пропеллер ремнём.
— Я всегда пристёгнут! — гордо ответил Карлсон. — К животу. Там же кнопка!
Вечером, когда парк закрылся и зажглись фонари, Карлсон, Малыш и Густав сидели на крыше летнего кафе и ели оставшееся мороженое. А вокруг летали светлячки — маленькие, как пропеллеры, но без кнопок.
— Знаете, — сказал Густав, — а я раньше думал, что приключения — это когда страшно. А теперь понял — это когда весело и ты не один.
— Мудро, — кивнул Карлсон. — Для такого новичка ты говоришь почти как я. Осталось научиться правильно сморкаться в занавеску — и будешь настоящим мастером.
Малыш засмеялся и бросил в воздух корочку от эскимо.
— За новую дружбу! — крикнул он.
— И за варенье! — добавил Карлсон.
— И за тефтели! — крикнул откуда-то снизу голос фрекен Бок. Оказывается, она стояла под крышей и всё слышала.
Луна поднялась выше. И в старом городе Стокгольме наступил самый тёплый апрель за сто лет. Даже телячьи котлеты в тот вечер пахли клубникой.
ГЛАВА 4. КАК КАРЛСОН СТАЛ ЗВЕЗДОЙ ЦИРКА
На следующей неделе в город приехал цирк. Настоящий, с шатром в полоску, львами в клетках и клоунами, у которых носы светились в темноте.
— Мы идём в цирк всем классом! — объявил Малыш. — Учительница сказала, что это культурная программа.
— Культурная программа? — переспросил Карлсон, который висел на люстре вверх ногами. — Это где дают конфеты за то, что сидишь тихо?
— Нет, это где смотрят представление. Акробаты, жонглёры…
— Скукота! — отрезал Карлсон. — Вот я бы устроил представление! Я — лучший в мире акробат, фокусник, силач и укротитель пылесосов!
Густав, который теперь ночевал у Малыша почти каждую ночь (его бабушка подписала специальное разрешение «на хулиганскую терапию»), тут же предложил:
— А давай ты выступишь вместо пропавшего клоуна? Я слышал, что у них заболел главный клоун по имени Бим-Бом. Он чихнул в бочку с серпантином и теперь не может разговаривать без хохота.
Карлсон задумался. Это была идея.
— Но нас не пустят! — сказал Малыш.
— Пустят, — загадочно улыбнулся Карлсон. — Если я прилечу и скажу, что я — новый клоун из Парижа. Кстати, это очень культурное место. Там даже варенье называют «конфитюр».
И они пошли. Вернее, Карлсон полетел, а Малыш с Густавом побежали за ним по крышам.
Директор цирка, толстый дядька в красном пиджаке с золотыми пуговицами, сначала не хотел пускать незнакомца.
— У нас серьёзная программа, — сказал он. — Лев Кузя плюётся огнём, гимнастки крутят обручи на ушах…
— А я кручу на пропеллере! — перебил Карлсон и прямо в воздухе начал жонглировать тремя банками варенья, которые достал из-за пазухи. Откуда они там взялись — загадка, но Карлсон всегда носил с собой стратегический запас.
Банки взлетели под купол, перевернулись, и… варенье вылилось точно в рот директору! Тот облизнулся, удивился и сказал:
— Вы приняты. Выходите на арену через пять минут. Только предупреждаю: в первом ряду сидит очень строгая дама. Она критикует всех.
В первом ряду и правда сидела фрекен Бок. Она пришла в цирк, потому что получила бесплатный билет вместе с мукой в подарок от магазина.
Представление началось. Сначала выступали акробаты. Потом собачки. Потом лев Кузя чихнул огнём и случайно поджёг парик дирижёру. Все смеялись. А потом на арену вышел Карлсон.
Он был не один. Он привёл с собой Малыша и Густава, одетых как маленькие клоуны — в пижамы с оленями и колпаки из газет.
— Дамы и господа! — заорал Карлсон в микрофон. — Лучшее в мире представление под названием «А ну-ка, тефтели, брысь!».
И началось такое, что даже лев Кузя открыл пасть от удивления. Карлсон достал из кармана пылесосный шланг, прикрутил его к пропеллеру и начал всасывать все воздушные шарики, которые летали под куполом. Шарики лопались, серпантин разлетался, а зрители визжали от восторга.
Потом Малыш подбросил в воздух десять тефтелей (специально принёс из дома), а Карлсон поймал их ртом с закрытыми глазами, при этом крутя на пальце тарелку с картофельным пюре.
— Невероятно! — крикнула женщина в третьем ряду.
— Обыкновенно! — отозвался Карлсон. — Я каждый день так завтракаю.
Гвоздём программы стал номер «Укрощение фрекен Бок». Карлсон подлетел к ней, подал букет из мух (бумажных) и сказал:
— Уважаемая публика! Эта суровая дама — на самом деле самая добрая на свете. Просто она прячет доброту в кармане фартука! Давайте все вместе скажем ей: «Фрекен Бок, вы лучшая!».
И весь цирк, все триста человек, закричали:
— Фрекен Бок, вы лучшая!
Фрекен Бок покраснела, как помидор, потом заплакала, потом рассмеялась и вышла на арену. И там — о чудо! — начала танцевать польку с Карлсоном. А лев Кузя подыгрывал им на хвосте как на балалайке.
В тот вечер Карлсону предложили остаться в цирке навсегда.
— Нет, — сказал Карлсон. — Это неинтересно. Я лучше буду прилетать иногда. И давайте договоримся: цирк — это здорово, но настоящая магия — дома. На крыше. С банкой варенья и верным другом.
Директор вздохнул и подарил Карлсону годовой запас попкорна и золотой билет, по которому можно было кататься на любом аттракционе бесплатно.
— Только, — предупредил он, — не прикручивай пропеллер к каруселям!
— Честное в меру упитанное слово! — ответил Карлсон и полетел в ночь, оставляя за собой хвост из блёсток.
ГЛАВА 5. ТАЙНА СТАРОЙ ВОДОНАПОРНОЙ БАШНИ (ФИНАЛ)
Прошёл месяц. Густав почти каждый день прибегал к Малышу, и вместе они придумывали новые шалости: однажды они запустили в небо тысячу бумажных самолётиков с надписями «Карлсон здесь был», а в другой раз нарисовали на стене дома улыбку размером с гараж.
Но Густав всё ещё жил в башне. Там было холодно, иногда капало с потолка, а по ночам шуршали мыши.
— Малыш, — сказал однажды Карлсон, — так нельзя. Густаву нужен настоящий дом. Не квартира, где нельзя шуметь, и не башня с мышами. А… настоящий крышечный дом. Как у меня.
— Но как его построить? — спросил Малыш. — Твой домик появился сам собой. Так сказано в книжке.
— А вот тут ты ошибаешься, — хитро прищурился Карлсон. — Домики просто так не появляются. Их строят. Просто я убедил автора, что это была магия. А на самом деле… надо просто очень сильно захотеть и добавить варенья.
И они начали строить. Не где-нибудь, а на крыше прачечной, рядом с домом Малыша. Мама дала старые доски. Папа — молоток и гвозди. Фрекен Бок — шторы (которые она сама сшила из своих старых юбок). Даже лев Кузя из цирка прислал открытку: «Рычу от радости. Используйте гриву как утеплитель!» — но гриву они не использовали.
Густав, который никогда ничего не строил, сначала боялся забивать гвозди. Но Карлсон сказал:
— Представь, что гвоздь — это тефтеля, а молоток — ложка! Бей смело!
И Густав забил. И окно получилось. И дверь. И даже маленькое крыльцо с перилами, на которых можно сидеть и болтать ногами.
Самым трудным был пропеллер. Старый, из вентилятора, совсем не работал. И тогда Карлсон тайно принёс запасной мотор от своей кухонной мясорубки (мясо он всё равно не любил) и вкрутил его в спину Густава.
— Теперь ты почти настоящий Карлсон, — сказал он. — Только без кнопки на животе. Но кнопку можно нарисовать фломастером.
Густав завёл мотор — и взлетел! Сначала неуверенно, как шмель после дождя, потом всё выше и выше. И закричал от радости:
— Я лечу! Я правда лечу!
В этот момент на крышу прачечной вышли все: мама Малыша, папа, фрекен Бок, даже сосед снизу, который всегда жаловался на шум. И директор парка аттракционов пришёл с рупором.
— У нас сегодня праздник, — объявил Карлсон, зависая в воздухе. — День открытия дома для Густава! Прошу всех к столу! Меню: тефтели, варенье, булочки и компот из крыжовника. Кто не придёт — тот тефтеля!
И все пришли. Даже лев Кузя прибежал (но оказалось, что это директор цирка в костюме льва).
Густав подарил фрекен Бок самый лучший подарок — деревянную ложку, которую сам вырезал из старой ветки.
— Теперь ты будешь мешать суп самой лучшей ложкой в мире, — сказал он.
Фрекен Бок заплакала. В третий раз за месяц. Но теперь это были слёзы счастья.
А когда наступила ночь и все разошлись, Карлсон, Малыш и Густав сидели на крыше нового домика и смотрели на звёзды.
— Карлсон, — спросил Густав. — А ты навсегда останешься лучшим?
— Я всегда буду лучшим, — ответил Карлсон. — Но это не значит, что другие не могут быть почти такими же хорошими. Ты, например, уже почти как я. Только не такой в меру упитанный. Это дело наживное. Завтра начнём тебя откармливать плюшками.
Малыш достал из кармана три банки варенья — вишнёвое, клубничное и абрикосовое.
— Это на память, — сказал он. — О том, как мы нашли друг друга.
Они чокнулись банками, как бокалами, и съели варенье прямо ложками, не торопясь, потому что никуда не надо было спешить.
Старая водонапорная башня опустела. Но по ночам, если прислушаться, оттуда доносился нежный смех. Это эхо смеялось над тем, как Густав однажды решил, что он одинок. Потому что теперь он не был одинок. Никогда. Ведь отныне на двух крышах Стокгольма жили два лучших в мире друга — и ещё один лучший в мире помощник.
И все они были в меру упитанными. Кроме Малыша. Но это потому, что он не дорос.
ЭПИЛОГ
Прошёл год.
Густав теперь сам завтракал в своём маленьком домике на крыше прачечной. Пропеллер он смазывал абрикосовым маслом (оно самое вкусное и скользкое), а кнопку на животе нарисовал красным фломастером. Она не работала, но для порядка Густав нажимал на неё каждое утро и говорил: «Мотор!».
Малыш вырос на целых два сантиметра и начал собирать марки. Но варенье не забыл. Каждую субботу он поднимался на крышу, и они втроём — Карлсон, Густав и он — устраивали «Вареньевые посиделки». Фрекен Бок приносила тефтели, а папа Малыша — гитару. Иногда прилетал даже директор цирка с маленьким львёнком Кузей-младшим.
Однажды, в самую обычную среду, Карлсон объявил:
— Я придумал новое слово! «Скучальник» — это человек, который никогда не шалит, потому что очень боится быть наказанным. Мы с вами не скучальники. Мы — весельчальники!
— А как же школа? — спросил Малыш.
— Школа — это место, где учат, куда нельзя ставить кнопки. Но я знаю секрет: можно учиться и шалить одновременно! На уроке математики считай пышки. На уроке рисования рисуй пропеллеры. На физкультуре изображай полёт. Главное — не забывать, что ты — ребёнок. А если ты забыл — приходи на крышу, я напомню.
В тот день они запустили воздушного змея в виде банки из-под варенья и привязали к его хвосту записку: «Если ты одинок — найди друга на самой высокой крыше. Только захвати ложку. Карлсон, Густав и Малыш».
Ветер подхватил змея и унёс его далеко-далеко. Может быть, в соседний город. А может быть, в книжку, которую вы сейчас держите в руках.
И если вы когда-нибудь услышите за окном жужжание — не пугайтесь. Это просто Карлсон прилетел проверить, есть ли у вас варенье. Отвечайте ему громко и весело. Потому что лучший в мире друг всегда прилетает вовремя.
Даже когда кажется, что это конец.
Конец.
Автор надеется, что вы, как и герои этой книги, никогда не будете скучальниками. А будете — весельчальниками. Обязательно с ложкой.
