Фанфик мультсериала «Кот Басик» (2022) «Башня Перевёрнутых Снов» «Главное в любом приключении — не бояться переворачивать мир вверх дном. И обязательно иметь друга, который подержит тебе хвост, когда гравитация опять сломается».
Часть первая. Утро, в котором всё пошло не так
Басик проснулся от того, что его хвост щекотал абажур.
Это было странно уже потому, что абажур находился на торшере, а торшер — на полу. Но сейчас пол был там, где обычно бывает потолок, и наоборот. Басик моргнул зелёными глазами, потянулся — и едва не свалился вниз, то есть вверх, то есть…
— Гав! — позвал он на всякий случай. — Ты где?
Ответ пришёл сверху — из той зоны, где раньше висела люстра. Там, грациозно свернувшись калачиком на хрустальной подвеске, спал его лучший друг — пёс Гав. Уши Гава свисали вниз (или вверх?), и он довольно посапывал.
— Гав, проснись! Ты висишь на люстре!
— Я не вишу, — не открывая глаз, пробормотал Гав. — Я лежу. И вообще, это очень удобно. Почему мы раньше не спали на люстрах?
Басик осторожно поставил лапу на пол — то есть на то, что когда-то было потолком. Побелка приятно холодила подушечки. Он сделал шаг, второй — и вдруг почувствовал, что его тянет куда-то в сторону. Не вниз, не вверх, а именно вбок.
— Гав! Срочно слезай! У нас гравитация сломалась!
Пёс нехотя открыл глаза, посмотрел вниз (на люстру, с которой свисал) и вдруг осознал, что его миска с завтраком парит в метре от него, наполненная невидимой силой. Кости в миске тоже парили. Одна кость медленно проплыла мимо морды Гава, и он автоматически её цапнул.
— Вкусно, — признал он. — Но странно.
Они выбрались на улицу — или в то, что от неё осталось. Город выглядел как сюрреалистическая картина, которую нарисовал безумный художник. Люди шли по стенам домов, придерживая портфели, чтобы те не улетели. Воробьи летали задом наперёд. Фонарный столб рос из земли под углом сорок пять градусов, и на его верхушке (которая была сбоку) сидел почтальон Печкин и растерянно крутил усы.
— Молоко, — сказал он, увидев Басика. — Я принёс молоко. Только не знаю, куда его поставить. Оно улетает.
Действительно, пакет молока парил над его головой, вращаясь вокруг своей оси.
— Это всё Башня, — вздохнула пробегающая мимо белка Стрелка (она бежала по карнизу и почему-то не падала, хотя карниз был горизонтальным). — Выросла ночью в центре города. Из неё идут странные волны.
Басик посмотрел вдаль. Там, где раньше была площадь, теперь возвышалось нечто невероятное. Башня была… перевёрнутой. Её основание парило в воздухе на высоте примерно пяти этажей, а тонкий шпиль упирался прямо в землю, словно кто-то выдернул небоскрёб, перевернул его вверх дном и воткнул обратно. Вокруг Башни кружились предметы: зонтики, кастрюли, велосипеды и один диван.
— Туда нам и нужно, — решительно сказал Басик.
— Зачем? — удивился Гав. — Там диван летает. Мы что, будем ловить диван?
— Нет, мы будем чинить гравитацию. Кто-то же должен.
Гав задумался, почесал за ухом (что оказалось непросто, потому что ухо стремилось влево) и кивнул:
— Ладно. Но если диван сам в руки дастся, я на нём посплю.
Часть вторая. Профессор Квантум и его ошибка
Пробираться к Башне было тем ещё приключением. Обычная дорога в пять минут заняла у них почти час. Пришлось перепрыгивать с одной летающей скамейки на другую, обходить зону, где асфальт превратился в вертикальную стену, и спасать маленького ёжика, который застрял в фонтане — вода в фонтане текла вверх, и ёжик никак не мог выплыть.
— Держись, колючий! — крикнул Гав и ловко вытащил ёжика за лапку. Тот, фыркая, покатился куда-то по стене и скрылся в почтовом ящике.
Наконец они добрались до Башни. Вблизи она оказалась ещё более впечатляющей. Стены её были сделаны из чего-то похожего на зеркальный металл, но в них отражались не они, а какие-то другие места: то лес, то море, то чья-то кухня.
— Смотри, — прошептал Басик. — Там кто-то есть.
В отражении кухни мелькнула фигура в длинном халате, усыпанном звёздами и формулами. Фигура держала в одной руке гаечный ключ, а в другой — бутерброд с колбасой и одновременно пыталась почесать затылок локтём. Это был Профессор Квантум — эксцентричный изобретатель, о котором в городе ходили легенды. Говорили, что он однажды изобрёл вечный двигатель, но забыл, куда его положил, и теперь двигатель ездит по городу сам по себе.
— Профессор! — крикнул Басик. — Откройте! Это мы, Басик и Гав!
Зеркальная стена вдруг стала прозрачной, и Профессор высунул голову. Буквально: его голова отделилась от тела, проплыла сквозь стену и осмотрела друзей со всех сторон.
— А, это вы, — сказала голова. — Извините за бардак. Тело сейчас подойдёт.
Тело действительно подошло (через три минуты, спотыкаясь о собственные ноги) и присоединилось к голове. Профессор поправил очки, которые съехали на нос, и вздохнул:
— Ну, вы уже заметили небольшие неполадки с гравитацией?
— Небольшие? — возмутился Гав. — Моя будка летает! Я сегодня спал на люстре!
— Да-да, классический побочный эффект, — Профессор махнул рукой. — Проходите. Только осторожно: у нас тут зона нулевой гравитации на третьем этаже, а на пятом, наоборот, всё весит в три раза больше. И лифт, прошу любить и жаловать…
Он указал на странную кабинку, которая висела в проёме горизонтально. Двери лифта были расположены там, где обычно бывает пол.
— Он едет вбок, — пояснил Профессор. — Потому что я перепутал векторы. Садитесь. И пристегнитесь, там есть ремни.
Часть третья. Лифт, который едет вбок
Внутри лифт оказался просторным, но очень неудобным. Сиденья были на потолке, кнопки — на левой стене, а вместо этажей на панели были обозначения: «Кухня», «Лаборатория 3», «Зал с левитирующими предметами» и «Туалет (осторожно, вода течёт вверх)».
— Нам на «Главный рубильник», — сказал Басик, пытаясь нажать нужную кнопку лапой, но лапа уходила вправо из-за боковой гравитации.
— Его нет на панели, — грустно заметил Гав. — Только «Зал с левитирующими предметами».
— А куда ведёт «Зал с левитирующими предметами»?
Профессор Квантум, который тоже втиснулся в лифт (причём вверх ногами, потому что так было удобнее), задумался:
— Туда, где левитирующие предметы. Это мой склад. Там всё, что я когда-либо заставил летать: зонтики, чайники, одна гиря, моя прошлогодняя шляпа и… кажется, тридцать три магнита. Если мы пройдём через зал, то попадём в сердце Башни. Там рубильник.
— А почему бы нам просто не пойти напрямик? — спросил практичный Гав.
— Потому что, — Профессор печально указал в потолок (который был полом), — между нами и рубильником — пустота. Буквально. Я забыл построить коридор. А через зал с предметами можно перепрыгнуть по летающим вещам. Если, конечно, они не улетят.
— Или не начнут нас атаковать, — мрачно добавил Басик. — У меня предчувствие.
Лифт дёрнулся и поехал… вбок. Сначала влево, потом вверх, потом по диагонали, а под конец сделал пируэт. Гав позеленел (хотя он и так был серым). Басик вцепился когтями в ремень безопасности.
— Профессор, а почему лифт так странно едет?
— Я же сказал: перепутал векторы! Вместо вертикального гравитационного лифта я сделал горизонтально-диагонально-вращательный. Экономия на деталях.
Двери открылись с мелодичным «бип-боп», и друзья увидели Зал левитирующих предметов.
Это было нечто. Огромное помещение, в котором, казалось, не действовали никакие законы физики. Предметы парили в воздухе, медленно вращаясь. Чайники кружились вокруг чашек. Зонтики раскрывались и закрывались в такт какой-то невидимой музыке. Гиря весом в 16 килограммов грациозно танцевала вальс с пылесосом. А в центре зала парила… старая шляпа Профессора. Она самодовольно покачивала полями.
— Она меня не слушается, — тихо сказал Профессор. — С тех пор как я наделил её антигравитацией, она считает себя королевой. Мы называем её Шляпа-Тиран.
Шляпа действительно выглядела угрожающе. Она развернулась к гостям и сказала голосом строгой учительницы:
— А это кто? Без пропуска не входить. Пропуск — шляпа. У кого нет шляпы — тому летать вверх ногами вечность.
— У меня есть уши, — предложил Гав.
— Уши не считаются, — отрезала Шляпа.
Басик быстро прикинул шансы. Вокруг летало много предметов. Можно было попробовать перепрыгивать с одного на другой, как по кочкам. Но Шляпа явно будет мешать.
— Профессор, — шёпотом спросил Басик. — А ваш рубильник за этим залом?
— Да. Но Шляпа его охраняет. Она очень вредная.
И тут Гав сделал нечто гениальное — совершенно случайно.
Он чихнул.
Чих у Гава был знаменитый: громкий, раскатистый и с такой силой, что ближайшие три чайника перевернулись в воздухе, один зонтик сложился, а Шляпу сдуло в угол, где она застряла между гирей и пылесосом.
— Проходите быстрее! — крикнул Профессор.
Они бросились вперёд, перепрыгивая с парящей табуретки на летающую книгу, с книги — на кастрюлю. Басик сорвал когти о гирю, но не остановился. Гав пролетел мимо зонтика и ухватился зубами за край шляпы (той, что Тиран), но вовремя отпустил.
В конце зала была дверь. Точнее, не дверь, а люк в полу (или в потолке?). Профессор нажал на какую-то кнопку, люк открылся, и они кубарем вывалились в сердце Башни.
Часть четвёртая. Главный рубильник и его секрет
Сердце Башни оказалось небольшой круглой комнатой, стены которой были покрыты мигающими лампочками и приборами, похожими на гигантские будильники. В центре комнаты на пьедестале (который тоже парил) стоял Главный рубильник — огромный рычаг красного цвета, с табличкой: «Только для настоящих смельчаков. И не забудь выключить утюг».
— Ну вот, — выдохнул Профессор. — Всё просто. Нужно дотянуться до рубильника и переключить его обратно. Тогда гравитация вернётся в норму.
— Так в чём проблема? — спросил Гав, уже шагая к рубильнику. Но не успел он сделать и трёх шагов, как пол (или стена?) под его лапами исчез. Гав повис в воздухе, беспомощно перебирая лапами.
— Ах да, — вспомнил Профессор. — Вокруг рубильника — поле переменной гравитации. Чтобы к нему подойти, нужно точно рассчитать траекторию. Иначе вас будет кидать то вверх, то вниз, то вбок, то вообще внутрь самого себя.
— Внутри себя я уже был, — буркнул Гав. — Неудобно.
Басик внимательно осмотрел комнату. Лампочки мигали в определённой последовательности: красная, синяя, зелёная, потом красная, синяя, зелёная. И каждый раз, когда загоралась зелёная, гравитация в центре комнаты на секунду становилась нормальной.
— Я понял! — воскликнул Басик. — Нужно прыгнуть, когда загорится зелёный свет. Тогда мы сможем пройти!
— А если ошибиться? — спросил Профессор.
— Тогда, наверное, будем летать вечность, как сказала Шляпа.
— О, это она просто так говорит. На самом деле максимум час. Но неприятно.
Они стали готовиться. Басик встал на краю безопасной зоны. Гав — на плече у Профессора (потому что Профессор был выше). Профессор держал в руках бутерброд с колбасой для моральной поддержки.
— Красный… синий… зелёный! — скомандовал Басик и прыгнул.
Идеальный прыжок. Он приземлился прямо у подножия пьедестала. Гав прыгнул следом, но чуть замешкался, и его закрутило в воздушную воронку. Пёс издал возмущённый «гав» и приземлился на собственную будку, которая каким-то образом тоже оказалась в комнате (видимо, залетела через открытый люк).
— Гав, ты как?
— Жив. Будка цела. А где рубильник?
Басик уже тянул лапу к рычагу. Но тут случилось неожиданное.
Рычаг заговорил.
— Не включать! — пискнул он голосом, похожим на будильник. — У меня отпуск!
— Какой отпуск? — изумился Басик. — Ты же рубильник!
— А вот и нет. Я — временно исполняющий обязанности рубильника. Настоящий рубильник ушёл на профилактику. Его заменяет… кнопка.
Профессор хлопнул себя по лбу.
— Точно! Я же вчера перепрограммировал систему! Теперь главный рубильник — это не рычаг, а красная кнопка под пьедесталом. Но она очень маленькая, и до неё трудно добраться.
Басик заглянул под пьедестал. Там, в углублении размером с монету, действительно лежала крошечная красная кнопка. Нажать её мог разве что муравей.
— И как мы её нажмём? — спросил Гав.
— Лапой, — сказал Басик. — Если очень постараться.
Он просунул лапу в щель. Лапа застряла. Он попробовал другой лапой — та застряла тоже. Тогда Гав подошёл и аккуратно носом ткнул в кнопку… но нос был слишком большим.
— Профессор, у вас есть что-нибудь острое?
Профессор порылся в карманах халата и извлёк: вилку, карандаш, старый билет в кино, три гайки и… маленькую отвёртку.
— Отлично! — Басик взял отвёртку зубами и, извернувшись в три погибели, нажал на кнопку.
Часть пятая. Возвращение гравитации
Кнопка пискнула. Комната задрожала. Лампочки замигали в бешеном темпе. Поле переменной гравитации схлопнулось, как мыльный пузырь. Гав, который всё ещё висел в воздухе, мягко опустился на пол. Будка приземлилась рядом. Профессор чуть не уронил бутерброд, но вовремя поймал его в воздухе.
И тут началось самое интересное.
Волна восстановленной гравитации пошла от Башни во все стороны. Друзья увидели это в зеркальной стене: как люди, которые ходили по потолку, плавно опускаются на пол; как почтальон Печкин наконец ставит пакет молока на стол; как фонтан перестаёт бить вверх и начинает бить вниз, как положено.
Летучие предметы в Зале левитирующих предметов один за другим падали на пол. Чайники жалобно звенели. Зонтики складывались. Гиря с глухим стуком приземлилась на пылесос. А Шляпа-Тиран упала прямо на голову Профессору, и он, довольный, нахлобучил её поглубже.
— Ну вот, — сказал Профессор. — Гравитация в норме. Мир спасён. Кто хочет бутерброд? Только колбаса уже улетела куда-то.
Действительно, бутерброд исчез. Видимо, он воспользовался суматохой и сбежал.
Басик и Гав вышли из Башни. Теперь Башня стояла правильно — основанием на земле, шпилем в небо. Она больше не излучала странных волн. Город возвращался к нормальной жизни. Где-то вдалеке мама позвала котёнка есть кашу. Где-то заработал радиоузел.
— Слушайте, — сказал вдруг Профессор Квантум, догоняя их. — А вы не хотите… ну… остаться у меня помощниками? У меня тут ещё много всего: вечный двигатель потерялся, перпетуум-мобиле барахлит, а ещё где-то завалялась машина времени, но она перепутала прошлое с будущим. В общем, скучно не будет.
Басик переглянулся с Гавом. Пёс одобрительно вильнул хвостом.
— А молоко даёте? — спросил Басик.
— Цистернами! Я изобрёл корову, которая даёт молоко прямо в пакетах. Правда, она иногда мычит стихами, но это даже мило.
И они зашагали по городу втроём: кот, пёс и эксцентричный профессор в шляпе, которую больше никто не боялся. Шляпа теперь была самой обыкновенной — разве что немного помятой после приключений.
Эпилог. Несколько дней спустя
В городе всё пришло в норму. Люди снова ходили ногами по полу, кошки спали на диванах (а не на люстрах), а почтальон Печкин разносил молоко без происшествий. Только иногда, если очень прислушаться, можно было услышать, как из Башни доносится голос Профессора Квантума:
— А если попробовать антигравитацию не на весь город, а только на один бутерброд?.. Гав, не ешь этот бутерброд, он ещё не до конца прокоммутирован!.. Басик, ты где? А, ты на потолке. Слезай, я гравитацию выключил для эксперимента.
И Басик, вздыхая, спрыгивал с потолка на пол, который снова стал полом, а не потолком.
Они ещё много раз спасали город от разных профессорских изобретений, но это уже совсем другая история.
Конец.
