Тишина озера
Озеро Бодом никогда не было глубоким. Местные говорили: если встать на дно летом, вода дойдёт до груди. Но дно — илистое, вязкое. Оно засасывает. Как память. Четвёртого июня 1960 года тринадцатилетний
- Обо мне
- Статистика
Последние публикации
Последние комментарии
Соленый ветер
26 января 1966 года был не просто жарким — он был липким, злым, каким-то неправильным. Даже старые аделаидские рыбаки, видавшие всякое, говорили потом, что в тот день океан пах не рыбой и не водорослями
Телега жизни
Хоть тяжело под час в ней бремя,Телега на ходу легка;Ямщик лихой, седое время,Везет, не слезит с облучка. С утра садимся мы в телегу;Мы рады голову сломатьИ, презирая лень и негу,Кричим: пошел!…
Твой и мой
Бог весть, за что философы, пиитыНа твой и мой давным давно сердиты.Не спорю я с ученой их толпой,Но и бранить причины не имеюТо. что дарит мне радость и покой.Что, ежели б ты не была моею?
Твои догадки — сущий вздор…
Твои догадки — сущий вздор:Моих стихов ты не проникнул.Я знаю, ты картежный вор,Но от вина ужель отвыкнул? 1814-1836
Твое соседство нам опасно…
Твое соседство нам опасно,Хоть мило, может быть, оноТак утверждаю не напрасноИ доказать не мудрено.Твой дом, учтивая беседаИ шутки с желчью пополамНапоминают живо намИ впрямь Опасного соседа. 1825
Там у леска, за ближнею долиной…
Там у леска, за ближнею долиной,Где весело теченье светлых струй,Младой Эдвин прощался там с Алиной;Я слышал их последний поцелуй. Взошла луна – Алина там сидела,И тягостно ее дышала грудь.
Как Тима нашёл кораблик
В городке, где даже фонарные столбы умели вздыхать по осени, жил мальчик по имени Тим. Он был из тех детей, которые видят больше, чем другие: пока соседские мальчишки гоняли мяч, Тим рассматривал, как
Часовщик с Тихой улицы
Забытая улица, часы, которые никогда не останавливаются, и человек, знающий время лучше самой жизни…
Семь снов для забытого сада
Тишина бывает разной. Гулкой — в пустом колодце. Колючей — когда поссоришься с другом. А бывает тишина влажная и тёплая, как парное молоко, — такая стоит в саду за семью горами, где никто не смеётся и не плачет уже много лет.