Жили-были Петя и Маша. Петя был нормальным парнем: работал, любил футбол, пиво по пятницам и тишину по субботам. Маша была чудесной женой, но с одним маленьким недостатком — у неё была мама. И мама эта звалась Светлана Борисовна, но в народе её звали просто «Борисовна» или «ураган в тапках».
Каждые выходные Борисовна приезжала «на минутку помочь». Минутка обычно растягивалась до понедельника.
В эту пятницу Петя пришёл с работы усталый, но счастливый. Маша встретила его у двери с виноватой улыбкой:
— Дорогой, мама приедет завтра с утра. Она говорит, что у нас холодильник пустой, а ты худой, как после диеты.
Петя вздохнул так, что занавески колыхнулись:
— Маша, у нас холодильник размером с мою зарплату. Там места хватит только на йогурт и мечты.
Утром в субботу, ровно в 7:15 (Борисовна считала, что нормальные люди встают с петухами, а те, кто спит дольше — лентяи и алкоголики), раздался звонок в дверь. Петя открыл и увидел тёщу с двумя огромными сумками, третьей сумкой на колёсиках и выражением лица, будто она пришла спасать мир от голода.
— Здравствуй, зятёк! Ты опять небритый. И глаза красные. Опять пиво пил? Я же говорила Маше — не выходи за него, он же инженер, а не олигарх!
Петя улыбнулся через силу:
— Доброе утро, Светлана Борисовна. Проходите. Чай? Кофе? Валерьянку?
— Кофе мне нельзя, давление. Давай сразу на кухню. Я привезла тебе правильную еду. Никаких этих твоих сосисок и майонеза!
Из сумок начали появляться: кастрюля с борщом (который «настоящий, а не как у тебя — вода с томатной пастой»), банка солёных огурцов размером с ведро, три килограмма котлет («чтобы на неделю хватило»), и, главное, — огромный пакет гречки.
— Гречка — это сила! — торжественно заявила Борисовна. — Вот ты, Петя, худой, потому что гречку мало ешь. Маша, поставь варить!
Пока Маша варила гречку, Борисовна решила «навести порядок». Она начала с гостиной. Переставила все подушки, вытерла пыль (которой там не было), а потом увидела на полке Петину коллекцию пивных бутылок из разных стран.
— Это что за безобразие?! — возмутилась она. — Зятёк, ты коллекционируешь алкоголь? Я сейчас всё это выброшу!
Петя, который мирно пил кофе в углу, подпрыгнул:
— Светлана Борисовна, это не алкоголь, это сувениры! Я их даже не открывал!
— Ага, рассказывай! — она схватила бутылку из Бельгии. — Вот эта точно с градусом. Я чувствую!
В этот момент Маша крикнула с кухни:
— Мам, гречка готова!
Борисовна оставила бутылки в покое и ринулась на кухню. Там она увидела, как Петя тайком достаёт из шкафчика шоколадку.
— Ага! Поймала! Шоколад натощак! Ты хочешь себе диабет заработать? Давай сюда!
Петя отдал шоколадку, как солдат сдаёт оружие.
Дальше было хуже. Борисовна решила проверить, как зять «умеет чинить». Она нашла в ванной капающий кран и позвала Петю:
— Иди сюда, мастер! Покажи класс!
Петя, который в жизни чинил только розетки (и то криво), взял гаечный ключ. Через пять минут кран не просто капал — он фонтанировал, как в «Титанике».
Борисовна стояла рядом и комментировала:
— Вот так всегда! Мужик в доме — или пьяный, или руки-крюки. В моё время мужчины умели всё!
Петя, мокрый с головы до ног, прошипел:
— В ваше время, Светлана Борисовна, ещё мамонтов ловили вручную.
Маша еле успела разнять их.
К обеду Борисовна накрыла стол так, что он прогнулся. Борщ, котлеты, гречка, салат «Оливье» (хотя на дворе был май), компот и торт «Наполеон» размером с подушку.
Петя сел, посмотрел на гору еды и тихо спросил:
— А где моя тарелка? Или мне прямо в кастрюлю ложкой?
Борисовна хлопнула его по плечу:
— Ешь, зятёк, не стесняйся! А то выглядишь, как после голодовки. Маша, ты его совсем не кормишь!
После обеда Петя пытался сбежать в комнату посмотреть футбол. Но Борисовна его перехватила:
— Куда? Давай лучше поговорим по душам. Скажи честно: ты мою дочь любишь? А то я вчера сон видела плохой…
Петя, уже на грани, выдал:
— Светлана Борисовна, я вашу дочь очень люблю. Особенно когда вы не приезжаете.
Повисла тишина. Борисовна посмотрела на него долгим взглядом, а потом вдруг расхохоталась:
— Ну наконец-то честно сказал! А то всё «да, мам, конечно, мам». Ладно, зятёк, я тебе прощаю. Но гречку доешь!
В воскресенье вечером, когда Борисовна наконец собралась уезжать, Петя вынес ей сумки до машины. На прощание она сунула ему в руку пакет:
— Это тебе. Гречка и котлеты на неделю. И не пей пиво, а то опять глаза красные будут!
Когда машина уехала, Петя обнял Машу и прошептал:
— Любимая, давай переедем в другой город. Без адреса.
Маша засмеялась:
— А кто тогда будет нас кормить борщом и учить жизни?
Петя вздохнул:
— Знаешь, иногда я думаю: может, тёща — это такой тест на прочность брака? Если выдержишь — значит, любовь настоящая.
А потом они вместе доели гречку и открыли одну из «сувенирных» бутылок. За здоровье Борисовны. Потому что без неё было бы скучно. И тихо. И голодно.
Конец.
