В тот год зима пришла слишком рано.
Сначала люди радовались: снег лёг пушистый, белый, без грязи. Потом начали пропадать кошки. Дворовые — быстро. Домашние — реже. Кто-то говорил, что это собаки, кто-то винил живодёров. Но странным было другое: никто не находил ни следов крови, ни тел. Просто вечером кот сидел на подоконнике, а утром его не было.
В старом пятиэтажном доме на окраине жил семнадцатилетний Артём. После смерти бабушки он остался один в её квартире. Родители работали в другом городе и приезжали редко. Квартира была тесной, с жёлтыми обоями и тяжёлым запахом старого дерева. Единственным живым существом рядом был чёрный кот по кличке Туман.
Кот появился сам. Однажды ночью Артём услышал, как кто-то царапает дверь. За порогом сидел огромный чёрный кот с мокрой шерстью. Глаза у него были странные — слишком человеческие. Будто он не смотрел, а изучал.
Артём впустил его. С тех пор Туман не отходил от хозяина ни на шаг. Но вскоре начали происходить вещи, от которых по коже шёл холод.
Ночью кот вставал возле двери в спальню и тихо рычал. Не мяукал — именно рычал. Иногда Артём просыпался от ощущения, будто кто-то стоит в коридоре. В темноте слышалось медленное шарканье. А потом — резкий удар в дверь. Бум. Один раз. И тишина.
Наутро никаких следов. Через неделю соседка снизу рассказала, что слышит по ночам шаги на лестнице. Очень тяжёлые. Как будто кто-то огромный поднимается с первого этажа пешком. Медленно. Ступенька за ступенькой.
Но домофон ночью не открывался. Да и лифт давно не работал. В ту ночь Артём решил не спать. Часов в два всё началось снова. Шаг. Ещё шаг. Скрип лестницы был слышен даже через дверь квартиры. Туман мгновенно вскочил на ноги, выгнул спину и зашипел так громко, что Артём впервые испугался собственного кота.
Шаги приближались. Третий этаж. Четвёртый. Пятый. Кто-то остановился прямо за дверью. Тишина.
Потом — тихое царапанье. Не в дверь. В стену. Будто длинными ногтями кто-то медленно водил по бетону.
Артём замер. Телефон не ловил сеть. Свет в квартире начал мигать. И вдруг из коридора донёсся чужой голос:
— Артём… открой… я замёрз…
Это был голос его матери.
Только мама сейчас находилась за тысячу километров. Туман бросился к двери и с такой силой ударился в неё, что та дрогнула. Снаружи сразу стало тихо.
Потом раздалось низкое хриплое дыхание. И снова голос:
— Я знаю, что ты дома…
Щёлкнула ручка. Кто-то пытался открыть дверь снаружи.
Артём медленно попятился назад, не отрывая взгляда от коридора. Туман стоял между ним и входом. Шерсть на коте поднялась дыбом, а глаза вдруг стали совершенно жёлтыми.
Дверь начала открываться. Медленно. Хотя замок был закрыт.
В щели показалась тонкая чёрная рука с длинными пальцами. Слишком длинными для человека.
Из темноты за дверью пахнуло сыростью и гнилью. Туман издал такой вой, что у Артёма заложило уши. И в тот же момент кот прыгнул в щель.
Снаружи что-то закричало. Не по-человечески. Глухо. Будто кричали под водой. Дверь захлопнулась сама.
Свет погас. Минут пять Артём сидел на полу в полной темноте, не в силах пошевелиться. Потом электричество вернулось.
Кота нигде не было. На лестнице — тоже пусто. Только на стене возле двери остались глубокие царапины. Четыре длинные полосы, будто кто-то резал бетон ножами.
Туман не вернулся ни на следующий день, ни через неделю. А спустя месяц Артём встретил соседку с первого этажа. Старуха долго смотрела на него, а потом тихо сказала:
— Тебя твой кот спас. Они иногда приходят за одинокими. Особенно зимой.
— Кто приходит? — спросил Артём.
Старуха побледнела.
— Те, кого нельзя впускать.
После этого она больше никогда с ним не разговаривала.
Прошло три года. Артём уже почти перестал вспоминать ту ночь. Но вчера, вернувшись домой поздно вечером, он услышал за дверью знакомое царапанье. Очень тихое. Он посмотрел в глазок.
На площадке сидел Туман. Такой же чёрный. Такой же мокрый. Только глаза у него были человеческие. И в отражении глазка за котом стояло что-то огромное. Что-то, что улыбалось.
