Осенняя художница
В золотой карете едет по лесам
Осень-чародейка, верит чудесам.
Вместо резвых лошадей — ветры озорные,
Вместо кучера сидят тучи грозовые.
В платьице из бархата, в рыжем полушалке,
Красок ярких для листвы ей ничуть не жалко.
Вышла Осень на тропу, кисточку достала,
И деревья на пути красить тихо стала.
Первым дуб-богатырь встретился в дороге,
Он стоял, нахмурившись, в вековой тревоге.
Осень кистью провела по густым макушкам —
Стали бронзой отливать желуди-игрушки.
Листья дуба налились медью благородной,
Будет дуб теперь стоять гордый и свободный.
А потом к березоньке Осень подошла,
Золотую краску в баночке нашла.
И теперь березка светится, как солнце,
Словно лучик утренний заглянул в оконце.
Каждый листик на ветру весело трепещет,
Словно сотня мотыльков на полянке блещет.
Клену Осень отдала самый яркий цвет —
Словно полыхает утренний рассвет.
Красный, желтый, огненный, с рыжею каймой,
Клен теперь красуется прямо над рекой.
Даже маленьким кустам красок перепало:
Осень щедрою рукой всё разрисовала.
Только елочку в лесу Осень пропустила,
Зеленеть среди зимы елочку просила.
И теперь стоит наш лес сказочно-красивый,
Разноцветный, расписной, яркий, молчаливый.
Звери лесом бродят, смотрят, удивляются,
Как деревья в октябре дивно наряжаются.
Осень, Осень, не спеши уходить из леса,
Погости у нас еще, рыжая принцесса!
Пусть подольше на ветвях золото сияет,
Пусть холодная зима нас не пугает.
Как Ёжик дом утеплял
Ёжик Пых проснулся рано, потянулся сладко,
У него в лесу густом теплая кроватка.
Только ветер за окном воет всё сильнее,
Значит, нужно дом спасать от зимы скорее.
Вышел Ёжик на порог, нос смешной нахмурил,
На тропинке старый крот ямку караулил.
«Здравствуй, Крот, сосед слепой! Как твои запасы?
Утеплять пора дома, дни уже не ясны!»
Крот кивнул: «Моя нора глубоко под пнем,
Мне морозы не страшны, если мы вдвоем
С мышкой полевой зерно в норку натаскаем,
А потом до сентября крепко засыпаем».
Ёжик дальше побежал, ножками топочет,
Он из листьев золотых сделать коврик хочет.
Под огромным старым кленом листьев просто бездна,
Их на спинку наколоть очень уж полезно.
Пых катается в листве, как клубочек колкий,
Нацепил он желтый клен прямо на иголки.
Получился не ежата — а лимонный шарик,
В темной чаще он горит, будто бы фонарик.
Вдруг навстречу скачет белка, рыжая плутовка:
«Ах, какая у тебя, Ёженька, обновка!
Хочешь, я тебе грибок подарю на ужин?
Он зимою в холода очень-очень нужен!»
Ёжик взял сухой грибок, поклонился низко,
Побежал к своей норе, благо, было близко.
Дома листья разложил, стало мягко, сухо,
В уголок грибок сложил, словно для уюта.
А потом нашел в лесу яблоко большое,
Круглое, румяное, сладкое, наливное.
На иголках притащил яблоко в кладовку,
Спрятал под сухой корой хитрую уловку.
«Вот теперь, — подумал Ёж, — я зимы не трушу,
Не застудит Дед Мороз ни живот, ни уши».
Завернулся в теплый лист, глазки закрывает,
И до самой до весны сладко засыпает.
Сказка про резиновые сапожки
Жили-были в коридоре два братишки-сапога,
Цвета желтого, как солнце, как весенние луга.
Только осень наступила, солнце спряталось за лес,
Туча черная, большая опустилась до небес.
Заскучали сапожки, стоя в темном уголке:
«Мы хотим гулять по лужам, по асфальту, по реке!
Где же наш любимый мальчик? Почему он не идет?
Почему нас на прогулку в непогоду не берет?»
Вдруг открылась дверь со скрипом, выбегает мальчик Вова,
Он надел дождевик синий, к приключениям готовый.
Взял он желтые сапожки, натянул на ножки смело,
И работа у сапожек сразу бойко закипела!
Вышли в двор — а там повсюду лужи, словно океаны,
Из воды торчат листочки, будто дальние страны.
Вова топнул левой ножкой — брызги весело летят,
Вова топнул правой ножкой — капли звонко говорят.
Сапожки пищат от счастья: «Мы не боимся воды!
Мы спасаем ножки Вовы от простуды и беды!»
Мимо мокрая собака пробежала, хвост поджав,
Сапожки за ней вприпрыжку, громко чавкая в грязи: «Чав-чав!»
Посмотрел щенок на Вову, отряхнулся, как юла,
А над ними туча в небе слезы серые лила.
Вова взял корабль бумажный, в лужу-море опустил,
Сапожками волну поднял, чтоб корабль быстрее плыл.
Два часа гуляли смело в самом центре непогоды,
Сапожки не знали страха, не боялись они воды.
А когда домой вернулись, мама Вову раздевала,
Желтых братьев-сапожков в теплой ванне искупала.
И теперь стоят чистюли у горячей батареи,
Спят и видят сны про лужи, чтобы высохнуть скорее.
Завтра снова дождь польет, снова будет много грязи,
Сапожки готовы в путь, словно рыцари из скази.
Белочка и кедровые шишки
Рыжий хвостик мельтешит средь густых ветвей,
Это белочка спешит, чтоб собрать скорей
Спелых шишек и грибов, ягод и орехов,
Чтобы зиму пережить вовсе без огрехов.
Осень красит лес вокруг, холодает рано,
А у белочки в дупле мягкая поляна:
Мох пушистый, сушнячок, всё уложено хитро,
Ветер дует — ну и пусть, в домике тепло.
Прыг да скок, с сосны на ель, с елочки на ясень,
Каждый листик золотой белочке прекрасен.
Вот нашла она грибок — рыжую лисичку,
Нанизала на сучок, словно рукавичку.
Пусть на солнышке висит, сохнет понемногу,
А потом отправится в зимнюю дорогу.
Дальше белочка бежит, видит кедр могучий,
Он стоит среди лесов, подпирает тучи.
А на ветках высоко шишки смоляные,
Спелые, тяжелые, вкусом неземные.
Белка когти напрягла, лезет по стволу,
Смотрит вниз — земля внизу, словно сквозь иглу.
Добралась до шишки, хвать! Зубками сгрызает,
И кедровый орешок в лапки выпадает.
Сколько вкусного зерна в шишке притаилось!
Белка трудится весь день, даже притомилась.
Полное дупло добра: желуди, орешки,
Спрятаны на черный день в тайные насмешки.
А когда наступит снег, заметет тропинки,
С неба будут падать вниз белые снежинки,
Белка спрячется в тепло, хвостиком укроется,
Будет грызть свои дары, ни о чем не беспокоится.
Сладкий сон придет к ней в дом под метелей вой,
Сытно, тепло и уютно белочке лесной.
Птичий клин над лесом
Собрались на старом дубе птицы на совет,
Солнце шлет им из-за тучи свой скупой привет.
Осень бродит по полям, веет холодком,
Заморозила ручей тонким, хрупким льдом.
Выступал седой Журавль, крыльями махал:
«Братья, сестры, час прощанья с родиной настал!
Мошки спрятались в кору, червяки — на дно,
Нам остаться зимовать здесь не суждено.
Там, за синим за морем, вечная весна,
Там не знает холодов теплая волна».
Утка крякнула в ответ: «Как же тяжело
Покидать родной камыш, милое село!
Но утята подросли, перья набрали,
Мы готовы в дальний путь, в южные дали!»
Ласточка-касаточка щебетала звонко:
«Я лечу быстрее всех, пронесусь, как пленка!
Гнездышко под крышей пусть ждет меня весной,
Я вернусь, когда апрель зашумит листвой».
Только ворон на суку каркал недовольно:
«Я останусь зимовать, мне и здесь раздольно!
Буду прыгать по снегам, корочки искать,
Не привык я, старый ворон, по небу летать
Так далеко, за моря. Я останусь тут!»
Птицы с шумом поднялись, крыльями метут.
Выстроились в ровный клин высоко в небе,
Оставляя позади мысли о ночлеге.
Курлы-курлы, кря-кря-кря — слышится вдали,
Улетают стаи птиц от родной земли.
Лес печально им вослед ветвями качает,
Долгожданную весну с ними поджидает.
А пока придут снега, белые метели,
Опустели гнезда птиц, смолкли их свирели.
Мы помашем им рукой: «В добрый путь, друзья!
Возвращайтесь к нам весной, в милые края!»
Секрет большой тыквы
На гряде, где рос горох, а теперь укроп,
Вырос овощ-богатырь, толстый, как сугроб.
Только он не из снегов, а оранжево-златой,
Словно солнце опустилось на участок наш пустой.
Это тыква-великана развалилась на боку,
Листьями укрыв свой пузик, дремлет сладко на лугу.
Осень красит огород, собирает урожай,
«Эй, картошка и морковка, поскорее полезай
В наши теплые корзины, в погреб темный, на покой!»
Только тыква не сдается, спорит с рыжею листвой.
«Я еще чуть-чуть погреюсь, бок на солнце подрумяню,
А потом уж, так и быть, вас своим размером стяну!»
Прибежали в огород дети — Маша и Илья,
Смотрят: что за чудо-овощ, что за рыжая бадья?
«Ох, какая здоровенная! Нам ее не обхватить!»
Надо дедушку на помощь с тачкой срочно пригласить.
Дед пришел, в затылке чешет, улыбается хитро:
«Вот так тыква уродилась! Весит, как ведро!
Мы из этой толстой тыквы сварим вкусный-вкусный суп,
Испечем пирог медовый, что не хватит даже губ
Улыбаться от блаженства, когда будем чай мы пить!»
Начали втроем ту тыкву к тачке старой волочить.
Тянут-потянут, еле-еле закатили на доску,
Тыква важно улыбалась, разгоняя всем тоску.
А когда пришел ноябрь, вечер темный и пустой,
Дед фонарик сделал яркий из скорлупки золотой.
Вырезал глаза и ротик, свечку внутрь поставил он,
И горел фонарик-тыква, охраняя детский сон.
Осень дарит нам подарки — вкусные и яркие,
Самые чудесные, сладкие и жаркие.
Колыбельная для медвежонка
Ветер воет, ветер злится, обрывает листья с крон,
По лесам медведи бродят, ищут свой берложный сон.
Мама-медведица тихо малышу поет романс:
«Спи, мой сладкий медвежонок, наступает зимний шанс
Отдохнуть от беготни, от малиновых кустов,
До весны, до птичьих песен, до цветения лугов».
Медвежонок трет глазенки, спать не хочет ни в какую:
«Мама, я еще не скушал ягодку лесную!
Мама, я еще не прыгал по последним лужицам!»
А над ними снег колючий в хороводе кружится.
«Посмотри, сынок, на небо, тучи серые плывут,
Все жучки и паучки в зимних домиках живут.
Даже рыбки в речке спят под зеркальным толстым льдом,
Нам пора с тобой ложиться в наш уютный, теплый дом».
Мама мягких хвойных веток натаскала под сосну,
Там, в глубоком темном рве, встретят медведи весну.
Наметет сугробы вьюга, спрячет вход от лишних глаз,
И наступит для медведей долгий, сладкий, тихий час.
Медвежонок лег на ветки, лапку сунул прямо в рот,
Засопел смешным носишком, позабыл про хоровод.
Мама рядом улеглась, обняла его тепло,
В их берлоге, под снегами, безопасно и светло
От любви большой медвежьей, от заботы и добра.
Будут спать они в обнимку до весеннего утра.
Пусть им снится мед душистый, пчелы, сладкая малина,
Земляничные поляны и широкая долина.
Спите, мишки, до весны, набирайтесь свежих сил,
Чтобы в марте первый лучик вас от спячки разбудил.
Спор осенних деревьев
Как-то раз в лесу густом, где шумит прозрачный ручей,
Завели деревья спор, чей наряд сейчас могучей,
Чей красивей и светлей в эти дни осенние,
У кого в листве горит больше вдохновения.
Первой выскочила Липа, ветки к небу потянув:
«Посмотрите на меня, в золотой наряд нырнув!
Я стою, как королева, вся из чистого червонца,
В моих листьях отразилось угасающее солнце!»
Клен расправил плечи гордо, листья-лапы распушил:
«Ты, соседка, не хвались! Кто тебе такое сшил?
То ли дело мой наряд: красный, желтый и бордовый!
Я горю, как яркий факел, к холодам уже готовый.
Все любуются на Клен, все в гербарий меня тянут,
От моей красы чудесной люди никогда не вянут!»
Тут Береза прошептала, скромно ствол свой побелив:
«Мои листики, как слезы, ветер по ветвям разлив,
У меня наряд изящный, я как девица в фате,
Золотистые монетки я дарю лесной тропе».
Дуб насупил брови строго, желудями застучал:
«Я ваш спор, пустые ветки, с раздраженьем замечал!
Что мне ваши позолоты? Что мне ваши красные цвета?
Я ношу костюм из бронзы, в нем — земная красота!
Я до самых белых мух листья крепко удержу,
Вам, хвастливые деревья, силу дуба докажу!»
Только старенькая Ель ничего не говорила,
Тихо шишками качала, хвою острую точила.
Потому что знала Ель: скоро сбросят все наряды,
И останутся стоять голые, как на параде.
А она зимой и летом в платье зелененьком своем
Будет радовать синичек теплым хвоистым огнем.
Каждый в осени прекрасен, каждый цвет неповторим,
И об этом с легким ветром мы сегодня говорим.
Ветер-почтальон
Разгулялся ветерок по пустынным улицам,
Он сегодня почтальон, небо с утра хмурится.
У него в мешке большом писем просто тысячи,
Письма желтые, как медь, с красными кавычками.
Это листья с деревьев ветерок сорвал шутя,
И несет их по дворам, словно малое дитя.
Первым делом прилетел к окнам тети Вали,
Бросил желтый лист березы на стекло в печали:
«Получите распишитесь, вам привет от леса!» —
И умчался по аллее, рыжий повеса.
Полетел на детский сад, закружил в песочнице,
Набросал кленовых писем маленькой помощнице:
«Соберите-ка букет, сделайте корону,
Я лечу дарить дары местному ворону!»
Ветерок свистит в трубе, воет под карнизом,
Осень полнится его ветреным сюрпризом.
Залетел в открытый двор, там щенок игрался,
Ветерок листом дубовым в нос щенку впивался.
Песик чихнул, побежал за письмом вдогонку,
А проказник-ветерок юркнул в сторонку.
Он раскидал всю почту по лужам и скамейкам,
По крышам гаражей и узким аллейкам.
Нет ни адреса на них, ни печати строгой,
Только запах сентября веет над дорогой.
Если ты найдешь письмо золотого цвета,
Знай, что это ветерок шлет тебе приветы.
Спрячь его в толстую книгу между страниц,
Сохрани на память сказку улетающих птиц.
А когда придет зима с вьюгами, снегами,
Ты достанешь желтый лист теплыми руками.
Грибной переполох
Под березой, под осиной, где трава еще густа,
Собралась семья грибная в живописные места.
Прошел теплый, мелкий дождик, землю щедро напоил,
И грибам в лесной чащобе быстро вырасти велел.
Первым вылез Боровик, толстый, крепкий, коренастый,
В коричневой своей шляпке он стоял, как царь клыкастый.
«Я — хозяин всех лесов, я — грибов великий князь!
Кто найдет меня в траве, тот забудет слово «грязь».
Я в супе хорош, в жарком, и на зиму в банке,
Я сижу на самом видном, самом лучшем полустанке».
Тут из-под сухих листочков выглянули две сестрички,
Ярко-рыжие девчонки, раскрасавицы Лисички:
«Мы ничуть не хуже вас, дяденька пузатый!
Нас в лесу искать не надо с острою лопатой.
Мы растем большой семьей, яркие, как солнышки,
Никогда не прячем в мох мы свои подолышки!»
А под старою осиной, в шапочке оранжевой,
Подосиновик стоял, с ножкой долгой, скважистой.
«Я наряден и красив, шляпка словно бархат,
Кто положит в кузовок, тот от счастья ахнет!»
Вдруг на круглую поляну вылез яркий господин,
Сам в горошек белый-белый, средь грибов такой один.
Красный, словно светофор, юбочка на ножке —
Мухомор встал на виду прямо на дорожке.
«Я красивей всех в лесу! Посмотрите на меня!
Я горю средь серых мхов ярче жаркого огня!»
Белка сверху засмеялась, шишку бросив в гриб хвастливый:
«Ты красивый, Мухомор, только очень нечестивый!
В кузовок тебя не взять, в суп тебя не положить,
Только мух пугать в избе да на кочке гордо жить!»
Осень щедро дарит нам полные корзинки,
Грибы прячутся от нас, как на картинке.
Лесная ярмарка
На лесной опушке шум, суета и гам,
Звери тащат урожай к старым берегам.
Осень ярмарку открыла в золотом лесу,
Каждый хочет показать здесь свою красу.
Барсук толстый притащил бочку со сладким медом:
«Подходи, лесной народ, угощу я с ходом!
Мед цветочный, липовый, от простуд спасает,
Зимой в темной норке он сладко согревает!»
Прискакала мышка-полевка с колоском пшеницы:
«Я меняю этот злак на перо синицы!
Мне перинка в дом нужна, чтобы спать теплее,
Подходи, честной народ, меняйся поскорее!»
Тут лисица подошла, хвост пушистый тянет,
На барсучий сладкий мед хитрым глазом глянет:
«У меня есть для тебя, Барсучок, обнова —
Шарф из мягкой паутины, сплетенный толково.
Отдавай мне бочку меда, шарф бери на шею!»
Барсук фыркнул: «Уходи! Я сам вязать умею!»
Ёжик яблоки принес, красные, как розы,
Говорит: «Кому нужны витаминов дозы?
Забирайте за орех или за грибочек,
У меня таких плодов полный кузовочек!»
Заяц прискакал с морковкой, хрумкает зубами:
«Кто поделится со мной вкусными бобами?
Я морковку отдаю, сладкую, хрустящую,
За капустную кочерыжку, в снегу лежащую!»
Шум и гам стоит в лесу до самого заката,
Осень ярмаркой своей несказанно богата.
Все меняются добром, делают запасы,
Чтобы зиму пережить, не теряя массы.
А когда наступит ночь, заблестят созвездия,
Звери спрячутся в дома, избежав возмездия
От мороза и ветров. Будет всем уютно,
В сытых норках до весны время мчится чудно.
Заячья шубка
Серый зайка прыг да скок по сухой травинке,
А с небес летят на нос первые снежинки.
Смотрит зайчик на себя: шубка серовата,
В ней в осеннем лесу прятаться чревато.
Листик желтый облетел, обнажились кустики,
Тут и там мелькают в чаще лисьи злые усики.
Заяц сел под старый пень, лапки поджимает,
Как спасаться от врагов, он пока не знает.
«Мне бы шубку поменять, как деревья листья,
Чтобы не нашла меня рыжая лисица!
Мне бы белым-белым стать, как вот этот снег,
Чтоб не смог меня догнать волчий быстрый бег!»
Только он так помечтал, Осень услыхала,
Теплым ветром по лесам весело вздыхала.
Позвала она Мороза, Дедушку седого:
«Подари-ка зайке шубку цвета ледяного!»
Дед Мороз дохнул на зайца белым холодком,
И покрылся серый зайка снежным пушком.
Посмотрел косой на лапки — белые они!
Посмотрел на круглый хвостик — белые огни!
Стала шубка белоснежной, мягкой и пушистой,
Не заметит зайца волк на поляне чистой.
Прыгнул заяц в белый снег — и пропал из вида,
Нипочем ему теперь лисья злая обида.
Только черненький глазок пуговкой моргает,
Заяц в новой шубке зиму радостно встречает.
Осень сделала добро, зайца защитила,
В снежно-белое манто быстро нарядила.
Пусть зима метет снега, пусть мороз трещит,
Белый зайка под кустом сладко-сладко спит.
Рябиновые бусы
Солнце греет как весной, но прохладен вечер,
Лес готовится ко сну, ждет зимы предтечу.
Только тонкая рябина не спешит сдаваться,
Продолжает на ветру ярко наряжаться.
Осень ей подарит бусы — красные рубины,
Нет наряднее деревьев в центре долины.
Каждая ягодка горит, как фонарик алый,
Налетел на них смешной ветерок удалый.
Стал качать он ветки с силой, бусами звенеть,
Захотел он про рябину песенку пропеть.
Услыхали птицы песню, стайкой прилетели,
Снегири и свиристели на рябину сели.
«Ах, какие угощенья Осень нам оставила!
Красным цветом стол накрыла, правило исправила!
Мы склюем все эти бусы, вкусные, терпкие,
Наши клювики остры, наши лапки цепкие!»
Рябина не обижается, ягод ей не жалко,
Птицам в зимние деньки будет сладко-жарко.
Капля красная упала прямо на снежок,
Получился на снегу розовый кружок.
Девочка в пальто по парку тихо проходила,
Ягодку-рябинку с ветки осторожно сбила.
Нанизала на иголку с ниткой шерстяной,
Получились чудо-бусы дивной красотой.
Вот так Осень мастерица, щедрая душа,
И рябиной, и листвою очень хороша.
Кормит птиц холодной стужей, дарит нам подарки,
Пусть осенние деньки остаются ярки.
Паучок и паутинка
Наступило бабье лето, паучок проснулся,
Солнцу теплому навстречу сладко потянулся.
Выполз он на длинный стебель высохшей травы,
Где не видно под ногами жухлой муравы.
«Надо мне сплести гамак, легкий и прозрачный,
Чтобы полетать над лугом в этот день удачный!»
Выпустил он паутинку, тоненькую нить,
Ветер подхватил ее, начал ввысь манить.
Тянется серебряный, кружевной шнурочек,
Паучок летит на нем, как живой клубочек.
Пролетает над рекой, над осенним полем,
Наслаждается своим паучиным раздольем.
Видит: снизу желтый лес, красная осина,
А под ней грибов съедобных целая корзина.
Паутинка на ветру блестит, переливается,
Бабье лето над землей нежно улыбается.
Вдруг навстречу стрекоза, крылышки устали:
«Эй, сосед, куда летишь в голубые дали?
Осень скоро принесет долгие дожди,
Ты тепла от ноября лучше уж не жди!»
Паучок ей отвечает: «Я лечу за солнцем!
Пока лучик золотой бьет моим оконцем,
Я хочу поймать тепло, сохранить на зиму,
А потом найду для сна ямку незриму.
Завернусь в свою же сеть, буду спать до мая,
Сны про бабье лето тихо вспоминая».
Зацепилась паутинка за сосновую ветку,
Паучок спустился вниз, прямо на разметку
Из сухих цветных листов, мха и желудей,
Вдалеке от шумных троп, городских людей.
Осень ниточкой своей землю оплетает,
Вместе с маленьким ткачом тихо засыпает.
Встреча осени и зимы
Вот и ноябрь на исходе, дни короче стали,
Деревья в парке без листвы от ветров устали.
Черные, голые ветки тянутся с мольбой:
«Небо, укутай нас снегом, белой пеленой!»
Осень старенькая ходит, опираясь на палку,
Ей покидать этот лес очень-очень жалко.
Она собрала все краски в маленький сундучок,
Повесила на сундук крепкий свой замок.
Вдруг навстречу из-за гор мчится колесница,
В ней Зима-красавица, строгая царица.
Кони — белые метели, гривы из буранов,
Мчатся прямо по верхушкам сонных великанов.
Зима спрыгнула на землю, льдинками звеня:
«Уходи, старушка Осень, не гневи меня!
Твое время истекло, лужи превратились в лед,
Мой настал черед править, мой пришел черед!»
Осень грустно улыбнулась: «Я не спорю, сестра.
Я устала лить дожди с раннего утра.
Уступаю тебе место, крой снегами землю,
Я твоим морозным снам тихо-мирно внемлю».
Осень сделала шажок — и растаяла в тумане,
Словно желтый мотылек в стареньком кармане.
А Зима взмахнула белым кружевным рукавом,
И посыпал первый снег мягким серебром.
Он ложится на тропинки, на крыши домов,
Укрывает от мороза корни всех кустов.
Дети выбежали в двор, крики, смех, веселье!
У Зимы для малышей белое зелье:
Санки, лыжи и коньки, крепости из снега,
Для румяных детских щек — радость и утеха.
Так закончилась пора золотого листопада,
Впереди у нас зима, снежная прохлада.
Но мы Осень не забудем, скажем ей спасибо,
За дары, за грибы, за ковер красиво
Сотканный из желтых листьев. Ждем тебя опять,
Через год приходи с нами поиграть!
