Взгляни на милую, когда свое челоОна пред зеркалом цветами окружает,Играет локоном – и верное стеклоУлыбку, хитрый взор и гордость отражает. 1821
Краев чужих неопытный любительИ своего всегдашний обвинитель,Я говорил: в отечестве моемГде верный ум, где гений мы найдем?Где гражданин с душою благородной,Возвышенной и пламенно свободной?
Морей красавец окриленный!Тебя зову – плыви, плывиИ сохрани залог бесценныйМольбам, надеждам и любви.Ты, ветер, утренним дыханьемСчастливый парус напрягай.Ты колыханьемЕе груди не утомляй. 1824
(Фингал послал Тоскара воздвигнуть на берегах источника Кроны памятник победы, одержанной им некогда на сем месте. Между тем как он занимался сим трудом, Карул, соседственный государь, пригласил его к пиршеству;
Колокольчики звенят,Барабанчики гремят,А люди то, люди –Ой люшеньки люли!А люди то, людиНа цыганочку глядят. А цыганочка то пляшет,В барабанчики то бьет,То ширинкой алой машет,Заливается поет:«Я плясунья, я певица,Ворожить я мастерица».
И вы поверить мне могли.Как простодушная Аньеса?В каком романе вы нашли,Чтоб умер от любви повеса?Послушайте: вам тридцать лет,Да, тридцать лет – немногим боле.Мне за двадцать;
Раз, полунощной порою,Сквозь туман и мрак,Ехал тихо над рекоюУдалой козак. Черна шапка на бекрене,Весь жупан в пыли.Пистолеты при колене,Сабля до земли. Верный конь, узды не чуя,Шагом выступал;
Когда твои младые летаПозорит шумная молва,И ты по приговору светаНа честь утратила права; Один, среди толпы холодной,Твои страданья я делюИ за тебя мольбой бесплоднойКумир бесчувственный молю. Но свет…
Когда так нежно, так сердечно,Так радостно я встретил вас,Вы удивилися, конечно,Досадой хладно воружась. Вечор в счастливом усыпленьи Мое живое сновиденьеВаш милый образ озарил.
Когда сожмешь ты снова руку.Которая тебе даритНа скучный путь и на разлукуСвятую Библию Харит?Амур нашел ее в Цитере,В архиве Шалости младой.По ней молись своей ВенереБлагочестивою душой.Прости, эпикуреец мой!