ФФ читать онлайн Кукла Кан Чжа Гён Психологический хоррор Фанфик по дораме «Всё это моё» (2021) Южная Корея
Бойся не куклы. Бойся той, кто слушает её шёпот.
Пролог
1975 год. Сеул, район Чонно. Комната в дешёвом пансионе.
Кан Чжа Гён было одиннадцать лет. Она сидела на полу, поджав колени к груди, и смотрела на кровать матери. На простынях расплывалось тёмное пятно. Пахло железом, лекарствами и ещё чем-то сладковатым – смертью.
Мать умерла час назад. Врач, вызванный соседями, развёл руками: «Сердце. Слабое с рождения. Ничего нельзя было сделать».
Врач врал. И Чжа Гён это знала.
Потому что она сама подмешала в ужин матери лекарство от давления – в десять раз больше дозы. Она не знала, что это убьёт её. Или знала? Тогда, когда маленькими пальцами крошила белые таблетки в суп, её рука не дрожала.
Мать была единственной, кто стоял между ней и наследством. Не большим – жалкие сбережения и коробка со старыми вещами. Но в той коробке, среди выцветших фотографий и дешёвых украшений, лежала кукла.
Фарфоровая кукла в кимоно. С чёрными волосами, как вороново крыло. С глазами, которые, казалось, смотрели прямо в душу. С трещиной на левой щеке – той, что делала её лицо похожим на улыбку.
Мать говорила: «Не трогай её, Чжа Гён. Эта кукла приносит несчастье. Она моей матери, а той – её матери. Все, кто владел ею, умирали молодыми».
Чжа Гён не верила в проклятия. Она верила в силу.
И в ту ночь, когда мать остыла на кровати, а соседи вызвали полицию, Чжа Гён взяла куклу в руки впервые. Холодный фарфор обжёг ладони.
Кукла прошептала:
– Молодец, девочка. Первый шаг сделан.
Чжа Гён не испугалась. Она улыбнулась.
Глава 1. Фарфоровая учительница
Первые годы после смерти матери Чжа Гён жила у тётки – женщины с кислым лицом и тяжёлой рукой. Тётка ненавидела племянницу, кормила объедками, заставляла работать. Но Чжа Гён терпела. У неё был план.
Кукла жила в её рюкзаке. Днём – молчала, притворялась обычной игрушкой. Ночью – шептала.
– Тётка умрёт через полгода. Рак. Никто не заподозрит тебя.
– Как это случится? – шёпотом спрашивала Чжа Гён.
– Не твоя забота. Главное – не мешай. И помни: после её смерти ты получишь опекунство над младшей сестрой, а вместе с ней – дом и небольшие деньги. Не много, но на первый курс университета хватит.
– Какого университета?
– Того, где учатся богатые мальчики.
Чжа Гён тогда не до конца понимала, но верила.
И тётка действительно заболела. Врачи назвали это «агрессивной формой рака поджелудочной». Через пять месяцев она умерла в страшных мучениях, почерневшая, похожая на мумию.
Чжа Гён стояла у гроба, держа за руку младшую сестру, и плакала. Настоящими слезами? Или выученными? Она уже не различала.
Ночью, в пустой комнате, кукла сказала:
– Теперь университет. Ты поступишь на экономический. Будешь самой умной, самой красивой, самой скромной. Богатые мальчики любят скромных девушек из бедных семей. Им кажется, что таких легко контролировать.
– А на самом деле? – спросила Чжа Гён.
– На самом деле ты будешь контролировать их.
Кукла не ошибалась никогда.
Глава 2. Цена первой любви
В университете Чжа Гён заметили сразу. Не потому, что она была самой яркой – она специально носила простые платья, почти не красилась, говорила тихо и редко. Но в ней была та глубокая, притягательная тайна, которую богатые мальчики не могли разгадать.
Первым клюнул Пак Чжи Вон – наследник «Тэян Групп». Высокий, самоуверенный, жестокий. Он привык покупать всё: машины, дома, женщин. Но Чжа Гён не продавалась.
– Ты странная, – сказал он однажды, когда она отказалась сесть в его «мерседес».
– Я просто дорогая, – ответила она. – Дороже, чем ты думаешь.
Он засмеялся. И влюбился.
Кукла не одобряла Чжи Вона.
– Он слаб. Его мать сильнее. Ты должна женить на себе его младшего брата – тот покладистее.
– Нет, – твёрдо сказала Чжа Гён. – Мне нужен старший. С ним я получу всё сразу.
– Ты пожалеешь, – прошептала кукла.
– Тогда помоги мне не пожалеть.
Кукла помогла. Подсказала, как соблазнить Чжи Вона, как заставить его сделать предложение, как обойти его мать. Цена – жизнь однокурсницы, которая тоже была влюблена в Чжи Вона и могла помешать. Чжа Гён подставила девушку – обвинила в воровстве. Ту исключили, она покончила с собой.
– Маленькая цена, – сказала кукла.
– Маленькая, – согласилась Чжа Гён.
Свадьба была роскошной. Чжа Гён шла к алтарю в платье, расшитом жемчугом, и улыбалась. В сумочке, пришитой к нижней юбке, лежала кукла. Тёплая, почти живая.
– Ты стала королевой, – прошептала она.
– Нет, – ответила Чжа Гён. – Я стала только невесткой. Настоящая королева – свекровь. Её нужно убрать.
Кукла засмеялась – тонко, стеклянно.
– Теперь ты понимаешь. Я научила тебя главному: цена не имеет значения, когда на кону – власть.
Глава 3. Кого ты кормишь, девочка?
Прошло тридцать лет.
Чжа Гён стала «чёрной вдовой» – так её называли за глаза. Свекровь умерла при загадочных обстоятельствах (остановка сердца, никто не проверял). Муж спился и потерял контроль над компанией. Дети боялись её. Слуги шептались.
Кукла постарела вместе с ней. Трещина на щеке стала глубже, краска на кимоно облупилась. Но глаза по-прежнему смотрели с той же холодной мудростью.
Однажды ночью Чжа Гён сидела в своём кабинете, перебирая старые фотографии. На одной из них – мать. Молодая, красивая, с той же куклой в руках.
– Мама тоже слышала тебя? – спросила Чжа Гён.
– Да, – ответила кукла. – Но она испугалась. Не захотела платить цену.
– Какую цену?
– Ты заплатила жизнью матери, однокурсницы, свёкра, свекрови, двух слуг, которые слишком много видели. Ты думаешь, я брала всё это просто так?
Чжа Гён похолодела.
– А зачем тебе эти жизни?
– Я ем, – просто сказала кукла. – Я питаюсь смертью. Чем больше смертей, тем я сильнее. А чем я сильнее, тем больше власти у тебя. Мы связаны, Чжа Гён. Если я умру от голода – умрёшь и ты.
– Что? – Чжа Гён вскочила. – Ты не говорила…
– Ты не спрашивала. Девочка, которая хочет власти, не задаёт лишних вопросов. Она просто жрёт и не давится.
Впервые за тридцать лет Чжа Гён испугалась. Не врагов, не полиции, не разорения. А куклы.
– Что теперь? – прошептала она.
– Теперь тебе нужно новое кормление. Свежее мясо. Я хочу твою невестку, Хи-су. Она молода, сильна, в ней много жизни. Если она умрёт, я буду сыта ещё лет десять.
– Нет, – сказала Чжа Гён. – Хи-су не трону. Она другая.
– Все вы другие вначале. А потом становитесь мной.
Кукла замолчала. Но Чжа Гён знала: это не конец разговора.
Финал
Через месяц Хи-су объявила, что уходит из семьи. Чжа Гён могла остановить её – пригрозить, шантажировать, даже убить. Но она не сделала ничего. Стояла в дверях особняка и смотрела, как Хи-су садится в такси с одним чемоданом.
Ночью кукла зашевелилась в шкатулке.
– Ты пожалеешь, – прошипела она. – Я умру без пищи. И ты умрёшь вместе со мной.
– Значит, умру, – сказала Чжа Гён. – Надоело. Сорок лет я твоя марионетка. Хватит.
Она взяла куклу, вышла во двор, развела костёр.
– Не смей! – завизжала кукла. – Я сделала тебя королевой!
– Ты сделала меня чудовищем. Но чудовища тоже имеют право на покой.
Она бросила куклу в огонь. Фарфор треснул, задымился, завонял палёным лаком. Из пламени раздался крик – нечеловеческий, утробный, от которого у Чжа Гён пошла кровь из ушей.
Потом всё стихло.
Чжа Гён осталась одна.
Она прожила ещё два года. Здоровье ухудшалось быстро – врачи не могли поставить диагноз. Внутренние органы отказывали один за другим. Перед смертью она позвала Хи-су, но та не пришла.
В её дневнике нашли последнюю запись, сделанную дрожащей рукой:
«Я думала, что кукла – мой инструмент. А оказалось, что я – её. Все эти годы она кормилась не просто смертями. Она кормилась мной. Каждый раз, когда я убивала, часть моей души переходила к ней. Теперь во мне пустота. И я умираю. Не жалейте меня. Я выбрала это сама».
Её похоронили без куклы. Фарфоровый остов так и остался лежать в золе костра – чёрный, оплавленный, страшный.
Никто не знает, что случилось с ним потом. Но иногда, в полнолуние, на могиле Кан Чжа Гён видят странный отблеск – будто кто-то сидит на надгробной плите и улыбается треснутым фарфоровым ртом.
И шепчет:
– Новая девочка уже идёт.
Конец
