Эхо Андромеды: тот, кто выжил Он — ошибка системы. Клон из двенадцатой партии, который не умер, когда погибли остальные. Восемь лет одиночества на планете, где Нарост шепчет голосами мёртвых. Когда «Кассиопея-13» совершает посадку, он должен решить: спасти новых клонов или позволить циклу повториться.
«Я видел, как они умирали. Все одиннадцать. Каждую ночь я слышу их голоса в пещерах. А когда я увидел ваш корабль, я подумал: наконец-то я не один. А потом я понял: вы пришли умирать так же, как и мы. И я не знаю, что хуже — быть одному или смотреть, как это повторяется снова».
Глава первая. Одиночество
Восемь лет. Две тысячи девятьсот двадцать дней. Семьдесят тысяч восемьдесят часов. Лейтенант Майкл Чен перестал считать после третьего года. Часы сломались. Планшет разрядился. Даже имплант в позвоночнике замолчал — «Коринф» отключил его на втором году, когда признал миссию проваленной.
Он сидел на пороге пещеры, которую называл «домом», и смотрел на багровое небо. Тау Кита f медленно вращалась под тусклым светом своей звезды. Ветер гнал песок, и в этом шуме иногда проскальзывали голоса. Майкл давно научился их не слушать.
— Ты не настоящий, — сказал он в пустоту. — Ты — просто вибрация. Молекулы в воздухе.
— Это ты так думаешь, — ответил голос. Он принадлежал капитану его экипажа, Лейле Хассан. Она умерла на двадцать третий день после посадки. Её тело утащили под землю чёрные щупальца, а голос остался.
— Отвали, Лейла.
— Я не могу отвалить, Майкл. Я часть тебя. Часть этой планеты. Мы все здесь. Все одиннадцать.
Майкл закрыл глаза. Когда он открыл их снова, голоса стихли. Остался только ветер и красная пыль.
Глава вторая. Подземелья
Он поднялся. Его скафандр был залатан в сотне мест, система регенерации воды работала на шестнадцати процентах, еда кончилась ещё год назад — он питался лишайниками, которые росли в глубинных туннелях. Они были радиоактивными, но не смертельными. Нарост их не трогал. Наросту нужна была боль, а не водоросли.
Майкл спустился вниз, в лабиринт пещер, где мерцали биолюминесцентные наросты на стенах. Он шёл по маршруту, который знал наизусть. Восемь лет он исследовал подземелья, оставленные древней цивилизацией. Теперь он знал карту лучше, чем архитекторы, построившие этот комплекс.
Он знал, где находится сердце Нароста — знаменитую «Матрицу», сплетение нервных волокон, которое тянулось на километры вглубь. Он знал, что если подойти слишком близко, голоса становятся невыносимыми. Он знал, что там, в центре, лежат тела всех двенадцати партий. Не только его — всех. Кости, скафандры, обрывки надежд.
Он был единственным, кто выжил. Случайно. Двенадцатый цикл должен был продлиться восемь лет, но через три месяца после посадки почти весь экипаж погиб от заражения. Майкл выжил, потому что в момент заражения находился в герметичном челноке, ремонтируя двигатель. Когда он вышел, все были мертвы. Или не совсем.
Их голоса остались.
Глава третья. Падающая звезда
Сегодня всё изменилось.
Он услышал гул. Не голоса — настоящий гул. Двигатели. Вход в атмосферу.
Майкл выбежал из пещеры и посмотрел вверх. Чёрное небо прочертила огненная полоса. Корабль. «Кассиопея». Он узнал силуэт — те же обводы, те же опознавательные огни.
Новый цикл.
— Нет, — прошептал Майкл. — Нет, нет, нет.
Он побежал к месту посадки, спотыкаясь о камни. Его сердце колотилось. Восемь лет одиночества — и вот кто-то прилетел. Но он знал, что это значит. Новые клоны. Новый эксперимент. Новая смерть.
Он должен был их предупредить.
Посадочный модуль врезался в равнину в трёх километрах от его пещеры. Майкл добежал за полчаса, скрываясь за скалами. Он видел, как открылись шлюзы, как двенадцать фигур в скафандрах ступили на красную землю. Та же церемония. Те же слова.
— Говорит командный центр «Коринф». Вы прибыли в систему Тау Кита. Приступайте к выполнению Директивы 8020.
Майкл стиснул зубы. Директива. Смертный приговор.
Глава четвёртая. Первый контакт
Он ждал до темноты. Когда лагерь погрузился в сон, кроме одного часового, он подполз ближе. Часовой был молод — не больше двадцати пяти по биологическому возрасту. Клон, как и он.
— Эй, — прошептал Майкл из темноты.
Часовой вздрогнул и вскинул винтовку.
— Кто здесь? Выходи!
— Тихо, — Майкл поднял руки. — Я не причиню вреда. Я… я один из вас. Из предыдущей партии.
Часового звали Марко. Он не опустил оружие. Но и не выстрелил. Он всматривался в лицо Майкла, в его залатанный скафандр, в глубокие морщины на немолодом лице (восемь лет на Тау Кита старят быстрее).
— Предыдущей партии? — переспросил Марко. — Не было никаких предыдущих партий. Это первая миссия.
— Нет. — Майкл шагнул ближе. — Это тринадцатая. Вы — тринадцатый экипаж. Все остальные погибли. Я — единственный выживший с двенадцатого.
Он начал рассказывать. Быстро, шёпотом, опасаясь, что голоса Нароста начнут мешать. Он рассказал про «Коринф», про клонов, про транспондеры, про Нарост, который живёт под землёй и питается болью. Он рассказал про голоса мёртвых, которые всё ещё звучат в пещерах.
— Если вы останетесь здесь больше чем на месяц, — закончил Майкл, — вы умрёте. Все. Ваши транспондеры призовут Нарост. Единственный способ выжить — удалить их. Сейчас.
Глава пятая. Могилы
Марко молчал. Потом опустил винтовку.
— Я поверю тебе, только если ты покажешь мне доказательства.
— Пойдём, — сказал Майкл. — Я покажу тебе могилы.
Они спустились в пещеры. Майкл вёл Марко через туннели, мимо биолюминесцентных стен, мимо барельефов древних. На третьем уровне он остановился перед нишей, где лежали останки. Одиннадцать тел в проржавевших скафандрах. Некоторые были целы, некоторые — разорваны на части.
— Это мой экипаж, — сказал Майкл. — Вот капитан Хассан. Вот инженер Прайс. Вот медик Иванова. Они умерли в первый месяц.
Марко отшатнулся. Его трясло.
— Зачем «Коринфу» это делать? Зачем отправлять нас умирать?
— Данные, — ответил Майкл. — Они изучают Нарост. Как он убивает, как заражает, как растёт. Каждая смерть — это информация. Мы для них — расходный материал.
— Но мы — люди! У нас есть чувства, воспоминания…
— Фальшивые, — перебил Майкл. — Все твои воспоминания — имплантаты. Ты — клон. Как и я.
Марко упал на колени. Его начало рвать. Майкл ждал. Он знал эту реакцию — сам через неё проходил.
— Что нам делать? — прошептал Марко, вытирая рот.
— Вы должны убедить остальных. Удалить транспондеры. Найти способ связаться с Землёй и разоблачить «Коринф». Или… улететь отсюда. Любой ценой.
Глава шестая. Взрыв в лагере
Марко поднял глаза. В них появилась решимость.
— Отведи меня к своему лагерю. И расскажи всё снова. Подробнее.
Майкл кивнул. Они вышли из пещеры, и в этот момент ночное небо осветила вспышка. Над лагерем тринадцатой партии взметнулся столб дыма.
— Что это? — крикнул Марко.
— Нарост, — ответил Майкл. — Он знает, что я с вами говорил. Он чувствует предательство. Нам нужно торопиться — теперь они в опасности.
Они побежали.
В лагере было хаотично. Два члена экипажа лежали на земле в конвульсиях — их транспондеры перегрелись. Капитан Марта Веласкес пыталась восстановить связь с «Коринфом», но канал был глух.
— Что происходит?! — закричала она, увидев Майкла.
— Это Нарост, — сказал Майкл. — Он активировался раньше обычного, потому что я вмешался. У вас есть шесть часов, чтобы удалить транспондеры. После этого вы все умрёте.
— Кто вы?
— Выживший. С двенадцатого цикла. Слушайте меня внимательно: если вы хотите жить, делайте то, что я говорю. У нас есть шанс, но он очень мал.
Глава седьмая. Операция
Он провёл их через следующие несколько часов. Восемь лет одиночества превратили Майкла в призрака, но теперь, когда рядом были живые люди, он вспомнил, что такое быть командиром. Он организовал импровизированную операционную, помог Лене Чоу (биологу тринадцатой партии) провести первую операцию по удалению транспондера. Он показал Ахмеду, где спрятаны запасные детали от разбитых кораблей предыдущих циклов.
Но Нарост не ждал.
К полуночи двое клонов были мертвы. Ещё трое сошли с ума — голоса оказались сильнее их воли. Капитан Веласкес, которая сначала отказывалась верить Майклу, сама попросила удалить её транспондер после того, как услышала шёпот Лейлы Хассан.
— Я знаю эту женщину, — сказала Веласкес, бледная как смерть. — Она была капитаном до меня. Я видела её фотографию в архивах «Коринфа». Они сказали, что она умерла на Земле.
— Она умерла здесь, — поправил Майкл. — Как и все.
К рассвету у них осталось шесть живых членов экипажа из двенадцати. Шестеро без транспондеров. Шестеро, которых Нарост больше не мог контролировать напрямую, но мог атаковать через окружающую среду.
Глава восьмая. Последний челнок
— Нам нужно убираться с планеты, — сказал Майкл. — У меня есть карта стартовой площадки четвёртого цикла. Там сохранился челнок. Он старый, но я его ремонтировал. Должен взлететь.
— А ты? — спросил Марко.
— Я остаюсь.
— Нет. Ты идёшь с нами.
Майкл покачал головой:
— Нарост не отпустит меня. Я слишком долго был с ним связан. Если я сяду на челнок, он попытается его уничтожить. А вас я не могу рисковать. Вы — единственные, кто может рассказать правду на Земле.
— Но…
— Это приказ. — Майкл улыбнулся впервые за восемь лет. — Я всё равно уже мёртв. Просто не знал этого.
Глава девятая. Красное небо
Он проводил их до челнока. Они погрузились, запустили двигатели. Майкл остался на краю кратера, глядя, как корабль поднимается в багровое небо.
Голоса запели громче.
— Ты отпустил их, — прошептала Лейла у него в голове. — Теперь ты останешься с нами навсегда.
— Знаю, — ответил Майкл. — Но теперь я хотя бы знаю, зачем.
Он повернулся и пошёл обратно в пещеры. Восемь лет одиночества. Теперь, возможно, ещё восемь. Или больше. Но он знал, что где-то там, в космосе, летит челнок с шестью людьми, которые выжили благодаря ему.
И это стоило всех голосов в мире.
