Исмет Инёню. Наследник Ататюрка: как «национальный вождь» сохранил нейтралитет в мировой войне и проиграл демократии Исторический роман о втором президенте Турции, который правил в тени гиганта и вывел страну из войны без потерь
«Мне не нужна любовь народа. Мне нужна его безопасность. Мне не нужна слава. Мне нужно будущее для моей страны. Я — не Ататюрк. Я никогда не буду им. Но я сделаю всё, чтобы Турция выжила. Даже если для этого мне придётся быть жестоким. Даже если мне придётся быть одиноким. Даже если меня забудут».
Глава первая. Измир. Сын судьи
1884 год, 24 сентября. Измир, османский город на побережье Эгейского моря
Осень в Измире пахла морем, инжиром и дымом кальянов. Солнце ещё грело, но ветер с Эгейского моря уже приносил прохладу и предчувствие перемен. В маленьком доме на одной из узких улочек, где стены были увиты виноградом, а во дворе росло лимонное дерево, раздался крик новорождённого. На свет появился мальчик, которого назвали Мустафой — в честь пророка, но судьба готовила ему другое имя.
Отец, Хаджи Решид-эфенди, был судьёй — человеком строгим, справедливым, но склонным к меланхолии. Он редко улыбался, часто молчал и ещё чаще смотрел на море, как будто искал там ответы на вопросы, которые не мог задать вслух. Мать, Джеврие Ханым, была женщиной тёплой и заботливой, но она умерла, когда мальчику было всего несколько лет. Её лицо, её голос — всё это исчезло из его памяти, оставив только смутное ощущение потери и тоски.
«Ты должен быть сильным, — сказал ему отец, когда мальчик начал ходить в школу. — Ты должен быть дисциплинированным. Ты должен быть тем, кто никогда не сдаётся».
«Я буду, отец, — отвечал мальчик. — Я никогда не сдамся».
Школа была для него убежищем. Он учился жадно, с каким-то почти болезненным рвением. Он хотел знать всё — историю, математику, языки, военное дело. Но больше всего его привлекала армия. Армия была для него идеальным миром — иерархичным, чётким, справедливым. Там не было места для неопределённости, для слабости, для сомнений.
«Ты станешь офицером, — сказал ему однажды учитель. — Я вижу это в твоих глазах. Ты будешь командовать людьми».
«Я буду командовать, — ответил Мустафа. — Но я никогда не буду командовать бездумно. Я буду думать».
Глава вторая. Армия. Первая мировая и рождение имени
1915–1918 годы. Сирия, Палестина, Стамбул
Он воевал в Сирии, командовал 4-й армией, видел, как рушится империя, которую он поклялся защищать. Он был талантливым офицером, но талант не мог спасти его от поражения. Османская империя умирала, и он чувствовал это каждой клеткой своего тела.
В октябре 1918 года, когда империя подписала перемирие, Исмет был в Стамбуле. Он видел, как союзные корабли входят в Босфор. Он видел, как рушатся стены, которые строили веками. Он чувствовал, как земля уходит из-под ног.
«Что теперь? — спросил его друг, когда они стояли на пристани и смотрели на корабли. — Мы проиграли. Всё кончено».
«Всё не кончено, — ответил Исмет. — Всё только начинается. Мы потеряли империю, но мы можем создать нацию».
Он присоединился к движению Мустафы Кемаля. Он стал его правой рукой, его тенью, его оружием. В 1921 году он разбил греков в двух битвах у деревни Инёню. С тех пор он взял это имя как свою фамилию. Он стал Инёню.
«Ты спас эту страну, — сказал ему Кемаль после второй битвы. — Ты остановил их. Ты — герой».
«Я не герой, — ответил Инёню. — Я просто делал то, что должен был. Я делал то, что ты сказал мне делать».
Глава третья. Лозанна. Дипломат и строитель
1922–1923 годы. Лозанна, Швейцария, конференция по мирному договору
Лозанна была холодным, высокомерным городом. Она не любила иностранцев, особенно тех, кто приехал просить мира. Инёню сидел за столом переговоров и смотрел на представителей Великобритании, Франции, Италии, Греции. Они смотрели на него с презрением — побеждённый, осман, турок.
«Вы должны уступить, — сказал британский представитель. — Вы проиграли войну. Вы должны принять наши условия».
«Я не проиграл войну, — ответил Инёню, и его голос был тихим, но твёрдым, как сталь. — Я выиграл её. Я остановил вас. Я отвоевал свою землю. Я не уступлю ничего».
«Но у вас нет армии, — сказал француз. — У вас нет флота. У вас нет денег. Вы — ничто».
«У меня есть моя страна, — сказал Инёню. — И я не отдам её вам».
Он сидел за столом три месяца. Он спорил, уговаривал, требовал. Он добился Лозаннского мира, который признал независимость Турции, её границы, её суверенитет.
«Ты сделал это, — сказал ему Кемаль, когда он вернулся. — Ты сделал то, что никто не мог сделать. Ты — великий дипломат».
«Я — просто слуга, — ответил Инёню. — Слуга своей страны».
Глава четвёртая. Тень Ататюрка
1923–1937 годы. Анкара, должность премьер-министра
Он стал премьер-министром в 1923 году. Он правил Турцией четырнадцать лет, пока Ататюрк был президентом. Он был его тенью — верной, преданной, незаметной. Он не просил славы, не просил любви, не просил признания. Он просто делал свою работу.
«Ты должен быть более заметным, — сказал ему однажды Кемаль. — Ты — премьер-министр. Ты должен быть лицом этой страны».
«Я не хочу быть лицом, — ответил Инёню. — Я хочу быть тенью. Ты — солнце. Я — тень. Без солнца тени не бывает».
Но в 1937 году между ними произошёл разрыв. Причины остались неясными, но они разошлись. Инёню ушёл в отставку. Он отошёл в тень, ожидая, когда судьба снова позовёт его.
Глава пятая. Смерть Ататюрка. Новый президент
1938 год, 10 ноября. Стамбул, дворец Долмабахче
Новость распространилась по городу, как лесной пожар. Ататюрк умер. Отец нации, спаситель страны, кумир миллионов. Город замер. Люди выходили на улицы и плакали. Они не знали, что будет дальше. Они боялись будущего без своего вождя.
Инёню стоял у его постели, когда часы остановились в 9:05. Он смотрел на лицо человека, который был его учителем, его другом, его врагом, его судьбой.
«Ты ушёл, — прошептал он. — Ты оставил меня одного. Ты оставил мне эту страну. Я не знаю, смогу ли я».
«Ты сможешь, — сказал голос из прошлого. — Ты всегда мог. Ты — мой наследник. Ты — моя тень. Теперь ты должен стать светом».
Инёню закрыл глаза. Через несколько часов он стал президентом Турции.
Глава шестая. Война. Нейтралитет любой ценой
1939–1945 годы. Анкара, кабинет президента
Война началась в сентябре 1939 года. Мир горел. Гитлер наступал на Европу, Черчилль призывал к сопротивлению, Сталин ждал своего часа. Турция стояла между ними, как хрупкая чаша, которая могла разбиться в любой момент.
«Господин президент, — сказал его министр иностранных дел, — Германия требует от нас союза. Они предлагают нам земли, ресурсы, власть».
«Я не хочу их земли, — ответил Инёню. — Я не хочу их власти. Я хочу только одного — чтобы моя страна выжила».
«Но, господин, если мы откажемся, они могут напасть на нас».
«Тогда мы будем защищаться, — сказал Инёню. — Но мы не будем воевать. Мы не будем присоединяться к ним. Мы не будем присоединяться к союзникам. Мы будем нейтральными. Мы будем ждать».
Он ждал. Он лавировал между державами, как опытный капитан между скалами. Он подписывал договоры, которые потом нарушал. Он обещал, что не обещал. Он выжидал.
В 1945 году война закончилась. Турция была единственной страной, которая не воевала, не страдала, не теряла. Инёню выиграл свою войну — войну терпения.
Глава седьмая. Демократия. Поражение
1946–1950 годы. Анкара, выборы
После войны мир требовал демократии. Инёню знал, что должен уступить. Он разрешил создание оппозиционных партий. Он призвал к свободным выборам. Он думал, что народ останется верен ему.
«Господин президент, — сказал его советник, — вы уверены, что хотите этого? Если мы проведём свободные выборы, мы можем проиграть».
«Я знаю, — ответил Инёню. — Но я должен сделать это. Я не могу быть диктатором. Я не хочу быть диктатором. Если народ выберет другого, я уйду».
В 1950 году он проиграл. Его партия потерпела сокрушительное поражение. Он ушёл, как и обещал.
Конец
