Дорога к верёвочному парку Читать онлайн психологический хоррор о девушке, которая пошла в лес, чтобы развеяться, и встретила там не то, что искала. Медведь, зомби, странный охранник с зелёными глазами — это всё было началом, а не финалом. Она выжила, но не вышла из леса по-настоящему. Потому что лес запомнил её лицо
Ты не уйдешь из леса. Ты просто выйдешь в другую его часть.
Я лежала на кровати и смотрела в экран телефона. Пальцы скользили по ленте, пролистывая чужие жизни: кто-то улыбался на пляже, кто-то хвастался новой машиной, кто-то публиковал фото заката, который я никогда не видела. Я завидовала им. Не по-злому, а по-пустому — мне казалось, что я не живу, а только смотрю на жизнь через стекло. Каждый пост был как укол в ту часть меня, которая хотела чувствовать, но не знала как. Я отложила телефон и уставилась в потолок. В комнате было душно. Я встала, переоделась в старые джинсы и футболку, надела кроссовки и вышла из дома. Я не знала, куда иду. Я просто хотела, чтобы воздух коснулся моего лица.
На улице дул тёплый ветер, пахло пылью и зеленью. Я миновала последние дома, перешла дорогу и оказалась у входа в лес. Тропинка уходила вглубь, теряясь в сумерках между деревьями. Я остановилась на секунду. В голове мелькнула мысль: «Что, если из кустов вылезет кто-то и утащит меня?» Я усмехнулась собственной паранойе и шагнула вперёд. Лес был обычным: сосны, березы, редкий подлесок. Птицы пели где-то высоко, и их голоса звучали так беззаботно, что я почти поверила, что всё хорошо.
Я вышла к верёвочному парку. Деревянные платформы висели на высоте, канаты переплетались между деревьями, а под ними — мягкая сетка. Парк был пуст. Только камеры на столбах мигали красными огоньками. Я села на скамейку и уставилась в пустоту. В голове было тихо. Впервые за долгое время я не думала ни о работе, ни о соцсетях, ни о том, что я никчёмная. Я просто слушала тишину, которая внезапно стала очень громкой.
Тишина была густой, она давила на уши. Птицы внезапно замолкли. Я оглянулась, но ничего не увидела. Ветер стих. Воздух стал неподвижным. Я встала с лавки, чтобы уйти, но услышала шелест. Он шёл из кустов. Я замерла. Шелест становился громче, будто кто-то большой продирался сквозь ветки. Я сделала шаг назад, споткнулась о корень и упала на лавку. Из кустов вылез медведь. Огромный, чёрный, с маленькими глазками, которые смотрели прямо на меня.
Я не закричала. Я просто вскочила и, не думая, вцепилась в деревянный столб, затем перехватилась за канат и взобралась на одну из платформ. Я даже не поняла, как это сделала. Всё тело дрожало. Медведь подошёл к моему дереву, встал на задние лапы и понюхал воздух. Его дыхание было тёплым, как печное тепло. Я слышала его носом, который шумно втягивал мой запах. Он опустился, повернулся и не спеша ушёл в чащу. Я не верила своим глазам. Я висела на высоте, сжимая канат так сильно, что пальцы побелели, и смотрела, как его тень исчезает среди деревьев. Через минуту я услышала крик. Он был звериным, предсмертным, и он оборвался так же внезапно, как начался.
Я не хотела знать, что там произошло. Но мои ноги сами понесли меня туда. Я спустилась и побежала в ту сторону, откуда доносился крик. Я не знала, зачем я это делаю. Может быть, я хотела увидеть, что медведь победил. Может быть, я хотела убедиться, что он мёртв. Я выскочила на поляну и увидела его. Медведь лежал на земле, его живот был разорван, а вокруг стояли те, кого я сначала приняла за людей. Они стояли на четвереньках? Нет. Они стояли прямо, но их тела были согнуты неестественно, будто их суставы не гнулись в нужную сторону. Их кожа была серой, местами ободранной, из ран сочилась чёрная жижа. Они ели медведя. Пятеро грызли его плоть, и звук был влажным и чавкающим. Я хотела закричать, но голос застрял в горле.
Они резко повернулись. Как по команде. Их глаза были чёрными пустотами, в которых не было ни зрачков, ни света. Они не торопились. Они просто смотрели на меня, и я чувствовала, как их взгляд ползёт по моему телу, оставляя холодные следы. Я побежала. Я бежала так быстро, как никогда в жизни. Ветки хлестали по лицу, ноги скользили по мокрой земле, лёгкие горели. Я не слышала их шагов за спиной, но я знала, что они близко. Я вылетела из леса на дорогу, где стоял мужчина в форме охранника. В руках у него было ружьё. Он смотрел на меня с недоумением.
— Помогите! — закричала я. — Там в лесу… зомби!
Он нахмурился и медленно поднял ружьё, направив его в сторону леса.
— Зомби? — переспросил он с недоверием. — Вы в порядке?
— Да! Нет! Я не знаю! Они ели медведя!
Он оглянулся на меня и сказал спокойным голосом:
— Покажите.
Мы пошли обратно. Я дрожала, когда мы входили в тень деревьев. Мужчина шёл уверенно, сжимая ружьё двумя руками. Я показывала дорогу, указывая на поляну. Мы вышли на неё, и я замерла. Медведь лежал на том же месте, но от него остались только кости и шерсть, вырванная клочьями. Пять фигур исчезли. Без следа. Только влажные пятна на земле и запах железа.
— Их нет, — прошептала я.
— Их никогда и не было, — сказал охранник, поворачиваясь ко мне. Я увидела его лицо. Кожа на правой щеке начала сползать, обнажая красную мышцу. Его глаза стали зелеными, словно гниющий фосфор. Он протянул руку, и я увидела, что её часть отсутствовала — только кость и несколько сухожилий, которые свисали, как верёвки.
Я не помню, как я добежала до дома. Я не помню, как открыла дверь, как заперла её на все замки. Я стояла в коридоре, тяжело дыша, и смотрела на свои дрожащие руки. Я хотела позвонить в полицию, но телефон не ловил сеть. Экран был пуст, как будто я находилась в мёртвой зоне. Я легла на кровать и не спала до рассвета, прислушиваясь к звукам за окном. Их не было. Только ветер и далёкий лай собак. Но я чувствовала, что кто-то стоит за дверью.
Наутро я вышла на балкон, чтобы проверить, не сломана ли решётка. Всё было цело. Лес выглядел спокойным, деревья стояли неподвижно, птицы пели. Я решила, что мне всё приснилось. Я умылась, заварила кофе и села с телефоном, надеясь, что это был просто кошмар. Но в новостях я увидела заголовок: «Пропал без вести лесник в лесу у города Р.» Я открыла статью. Лесник Виктор Степанович, семьдесят лет, пошёл на обход и не вернулся. Его нашли через два дня — тело было в состоянии, которое эксперты назвали «редким случаем воздействия диких животных». Я выронила телефон, когда увидела фото — на нём были те же кости, та же шерсть медведя, но человека не было. Только обрывок формы.
Через три дня пришла весть о следующем пропавшем. Затем ещё один. Затем целая семья, которая пошла в лес на пикник. Город начал говорить, что в лесу появилось что-то, что нельзя объяснить. Полиция искала, но находила лишь вещи, обрывки одежды, палатки, оставленные в спешке. Лес стал местом, куда никто не хотел идти. Но я не могла забыть того охранника. Я начала искать информацию о нём. В архивах местных новостей я нашла статью пятилетней давности: «В верёвочном парке произошёл несчастный случай — охранник получил тяжёлые травмы после нападения медведя». На фото был он. То же лицо, та же форма. Но в статье было написано, что он выжил, но его лицо было «удивительно быстро восстановлено хирургами». Я проверила дальше: он уволился через месяц. И больше о нём никто не слышал.
Я перестала выходить на улицу, но лес начал приходить ко мне сам. Сначала я видела его во сне: те же деревья, та же поляна, те же фигуры, стоящие вокруг меня. Они не двигались, но их глаза становились всё ярче. Я просыпалась с криком. Затем я начала замечать следы на полу — влажные отпечатки ног, которые вели из коридора к моей кровати. Я ставила камеры в квартире, но они ничего не показывали. Я позвонила подруге Наде, единственной, кто мог бы мне поверить. Она приехала, выслушала меня и сказала, что я слишком много сижу дома.
— Лена, тебе нужно просто выйти куда-то, — сказала она. — В город, к людям. Ты слишком много думаешь об этом.
Я попыталась объяснить, что это не просто мысли. Я показала ей новости. Она посмотрела на меня так, будто я брежу.
— Я пойду с тобой в лес, — сказала она. — Посмотрю на эти «зомби». Но только не говори, что я тебя не предупреждала.
Мы пошли на следующий день. Я боялась, но Надя шла смело, почти вызывающе. Мы дошли до верёвочного парка, и я почувствовала, как воздух становится плотным. Птицы замолкли в ту же секунду, как мы ступили на поляну. Я схватила Надю за руку.
— Нам нужно уйти, — сказала я.
— Успокойся, — ответила она, но в её голосе уже не было прежней уверенности.
Из кустов вышли двое. Они были людьми, но они не двигались как люди. Их руки висели вдоль тела, головы были слегка наклонены, а глаза — те же зелёные, фосфорные глаза. Надя хотела закричать, но я потащила её назад. Мы побежали. Мы выбежали из леса, и я оглянулась. Никого не было. Но Надя была бледна, она сжимала мою руку так сильно, что оставляла синяки.
— Что это было? — прошептала она.
— То, о чём я тебе говорила.
Мы не пошли в полицию. Мы пошли домой и заперлись. Прошла неделя. Надя уехала в другой город, сказав, что ей нужно отдохнуть. Я осталась одна. Я не спала, я почти не ела, я смотрела в окно и ждала, когда они придут. Они пришли через три дня. Я увидела их в зеркале, стоящими за моей спиной, когда я чистила зубы. Я обернулась — никого. Но на стекле остались отпечатки ладоней, которые таяли у меня на глазах.
Я не знаю, что делать. Я не могу уйти из города, потому что лес есть везде. Он растёт за каждым углом, он ждёт в каждой тени. Он не хочет меня убивать. Он хочет, чтобы я вернулась. Потому что я уже часть его.
Эпилог
Я сижу у окна и смотрю на лес. Он тянется к моему дому всё ближе. В новостях говорят о новых пропажах, но люди перестали замечать. Они уже привыкли. А я жду того дня, когда мне придётся вернуться.
Я знаю, что когда-нибудь я пойду туда, где всё началось. И тогда я увижу их. Не зомби, не охранника. Только лес, который дышит и ждёт.
И я не уверена, что смогу выйти обратно.
