Пролог: Рождение в пробирке
Лаборатория Шан Цзуна находилась глубоко под его тронным залом — в лабиринте катакомб, пропитанных запахом серы, старой крови и колдовских ингредиентов. Здесь, среди мерцающих алхимических реторт и капсул с плавающими эмбрионами, колдун проводил свои самые тёмные эксперименты. Император Шао Кан требовал результатов. Ему нужна была дочь — идеальная наследница, преданная и могущественная. Но принцесса Китана, украденная из Эдении, росла слишком независимой. В её глазах Шао Кан всё чаще замечал искры бунта.
— Сделай мне другую дочь, — приказал император. — Такую, которая никогда не предаст. Которая будет благодарна за жизнь.
И Шан Цзун принялся за работу. Он взял кровь Китаны — чистую, эденийскую, королевскую. И смешал её с таркатанской эссенцией, полученной из самых свирепых воинов Бараки. Таркатаны были сильны, безжалостны и фанатично преданны Шао Кану. Их дикость должна была стать идеальной прививкой против эденийской гордости.
В колбе, наполненной зелёной жидкостью, плоть начала расти. День за днём, неделя за неделей формировалось тело — женское, стройное, сильное. Шан Цзун следил за процессом, добавляя заклинания стабилизации. Когда тело было готово, он вдохнул в него душу — осколок тьмы, призванный из Преисподней. И существо открыло глаза. Это была Милина.
Она вышла из колбы, рассыпав осколки стекла по каменному полу. Её кожа была бледнее, чем у Китаны, губы скрывала плотная маска, а глаза горели жёлтым пламенем. Но главное отличие скрывалось под маской: чудовищный рот, полный острых зубов, — наследие таркатанской крови. Шан Цзун осмотрел творение и остался доволен. Милина была прекрасна и ужасна одновременно. То, что нужно.
— Ты будешь зваться Милина, — произнёс он. — Ты — дочь Шао Кана. И ты займёшь место той, что недостойна.
Милина улыбнулась под маской. Она ещё не знала, кто такая Китана, но уже ненавидела её — просто за то, что та существовала.
Глава 1: Две принцессы
Китана встретила свою «сестру» с холодным недоумением. Ей было пятнадцать, когда Шао Кан привёл во дворец странную девушку в маске и объявил, что отныне это её младшая сестра. Для принцессы, которая всю жизнь считала себя единственной дочерью императора, это стало потрясением.
— Откуда она взялась? — спросила Китана у Шан Цзуна, но колдун лишь загадочно улыбнулся.
— Это подарок императора, — ответил он. — Люби свою сестру.
Но любить было невозможно. С первого дня Милина демонстрировала странную, пугающую смесь обожания и зависти. Она подражала Китане во всём — в движениях, в манере речи, в стиле боя. Но её подражание было искажённым, как отражение в кривом зеркале. Там, где Китана была грациозна, Милина становилась дёрганой. Там, где Китана говорила с холодным достоинством, Милина шипела и плевалась ядом.
— Почему ты носишь маску? — однажды спросила Китана. Они сидели в саду, тренируясь с сай — парными клинками, которые были любимым оружием обеих.
Милина замерла. Её пальцы сжали рукояти сильнее.
— Чтобы скрыть своё истинное лицо, — ответила она. — Отец говорит, что я прекрасна, но мир ещё не готов увидеть мою красоту.
— Покажи, — потребовала Китана.
И Милина медленно сняла маску. Китана увидела чудовищный рот — ряды острых, как иглы, зубов, способных разорвать плоть. На мгновение принцесса отшатнулась, и это движение не укрылось от Милины. В её жёлтых глазах вспыхнула ярость.
— Ты испугалась, сестра? — прошептала она, и в голосе её было больше угрозы, чем вопроса. — Не бойся. Я не трону тебя. Пока что.
С тех пор отношения между ними стали напряжёнными. Китана чувствовала, что Милина ей не ровня — она была создана, чтобы заменить её, и это наполняло принцессу гневом. Но также и странной, неожиданной жалостью. Ведь Милина не выбирала, кем родиться.
Милина же ненавидела Китану со всей страстью, на которую была способна. За то, что та была настоящей дочерью, а она — лишь копией. За то, что та вызывала восхищение, а она — отвращение. За то, что Китана имела право на трон по рождению, а Милина должна была его завоевать.
Глава 2: Турнир
Прошли годы. Обе принцессы стали воинами, достойными своего «отца». Китана возглавляла отряд императорской гвардии, а Милина стала личной убийцей Шао Кана, выполняя самые грязные поручения. Но их соперничество не утихало.
Десятый турнир Mortal Kombat должен был стать решающим. Если Внешний Мир победит в десятый раз подряд, Земное Царство падёт. Шао Кан отправил на турнир лучших воинов, включая обеих дочерей. Китана должна была сражаться на ринге, а Милина — наблюдать и ждать своего часа.
Но Милина не привыкла ждать. Во время турнира она увидела, как Китана смотрит на одного из земных воинов — шаолиньского монаха Лю Кана. Их взгляды встретились, и Милина заметила то, чего не видел никто другой: в глазах сестры промелькнула искра интереса. И тогда план мести начал формироваться.
— Ты влюбилась в смертного? — насмешливо спросила Милина, когда они остались одни в своей комнате.
Китана вспыхнула:
— Это не твоё дело, сестра. Он — просто противник.
— Конечно, — Милина усмехнулась под маской. — Просто противник. Но я видела, как ты смотрела на него. Ты хочешь его. А что скажет отец, когда узнает, что его дочь якшается с врагом?
— Ты не посмеешь! — Китана схватила сай.
— Не посмею? — Милина расхохоталась. — Я посмею всё, что захочу. Ты не лучше меня, Китана. Ты просто лучше прячешь свои уродства.
В ту ночь Милина решила действовать. Она напала на Лю Кана, когда тот возвращался с ринга, но её план провалился — монах оказался сильнее, чем она думала. Он отбил атаку, и Милине пришлось бежать, зализывая раны и клянясь отомстить.
Китана, узнав о нападении, пришла в ярость. Она нашла Милину в её покоях и, не говоря ни слова, ударила.
— Ты перешла черту, — прошипела она, пока Милина, смеясь, вытирала кровь с разбитой губы. — Ещё раз тронешь его — и я убью тебя.
— Обещаешь? — Милина улыбнулась, и в её глазах горел безумный огонь. — Наконец-то ты показала своё истинное лицо, сестра. Мы не так уж отличаемся, правда?
Китана отступила, понимая, что Милина права. В ней тоже жила тьма. И эта тьма рвалась наружу.
Глава 3: Предательство и истина
После поражения на турнире Шао Кан начал вторжение в Земное Царство в обход правил. Китана, узнав правду о своём происхождении — что она дочь короля Джеррода, а Шао Кан убил её отца, — перешла на сторону земных воинов. Её предательство повергло императора в ярость.
— Найди её, — приказал он Милине. — Приведи мне её живой. Или принеси голову. Мне всё равно.
Милина отправилась в погоню с отрядом таркатанов. Она предвкушала момент, когда увидит страх в глазах сестры. Но когда они встретились на поле боя, всё пошло не так.
Это было в разрушенном городе, где земные воины удерживали оборону. Китана и Лю Кан сражались плечом к плечу, прикрывая друг друга. Милина, наблюдая за ними из тени, почувствовала укол — не ревности, нет, чего-то другого. Она увидела, как Лю Кан смотрит на Китану, и в этом взгляде было то, чего Милина никогда не испытывала: искренняя забота. Любовь.
— Почему она заслужила это? — прошептала Милина. — Почему она, а не я?
И тогда в её душе что-то сломалось. Она поняла, что дело не в Китане. Дело в ней самой. Она никогда не сможет быть любимой, потому что она — чудовище. И это осознание наполнило её такой яростью, что она бросилась в бой без оглядки.
Схватка была жестокой. Милина и Китана сошлись в центре поля, их сай звенели, высекая искры. Вокруг кипела битва, но они не замечали никого. Только друг друга.
— Ты предала отца! — кричала Милина, нанося удар за ударом.
— Он не отец мне! — отвечала Китана. — Он убил моих родителей! Он поработил мой мир! А ты — всего лишь его инструмент, жалкая копия!
Слово «копия» ударило Милину больнее любого клинка. Она взревела и, сорвав маску, бросилась вперёд, целясь зубами в горло сестры. Но Китана была готова. Она уклонилась и вонзила сай в бок Милины. Та упала на колени, истекая кровью. Зелёная таркатанская кровь смешивалась с красной эденийской.
— Почему ты не добиваешь? — прохрипела Милина, глядя на сестру снизу вверх.
Китана занесла клинок, но остановилась. В её глазах стояли слёзы.
— Потому что ты — моя сестра, — сказала она. — Пусть и не по крови. Я не хочу тебя убивать.
— Слабость, — усмехнулась Милина, но в голосе её не было уверенности. — Ты слаба, Китана. И именно поэтому ты проиграешь.
— Возможно, — ответила принцесса. — Но я лучше буду слабой, чем такой, как ты.
Она ушла, оставив Милину лежать на поле боя. Но прежде чем исчезнуть, бросила через плечо:
— Когда-нибудь ты поймёшь, что тебя обманули. И тогда, может быть, мы встретимся снова. Но не как враги.
Милина осталась одна. Вокруг умирали таркатаны, горели машины, рушились здания. Она лежала, глядя в серое небо, и думала о словах сестры. «Жалкая копия». Да, она была копией. Но что, если… что, если она могла стать чем-то большим?
Глава 4: Выбор
Милина выжила. Её нашли солдаты Шао Кана и доставили во дворец, где колдуны залечили раны. Император был в ярости, но не стал казнить дочь — она всё ещё была полезна. Однако в глазах Шао Кана Милина видела презрение. Она была лишь запасным вариантом. Заменой, которая не справилась.
И тогда в ней проснулась ненависть к тому, кого она называла отцом. Шао Кан создал её, чтобы использовать. Он никогда не любил ни её, ни Китану. Они обе были для него лишь пешками.
Милина начала плести интриги. Она заключила тайный союз с Рептилией — последним заврианином, который тоже служил императору в надежде на возрождение своего рода, но постепенно разочаровался. Вместе они собирали информацию, искали слабости в империи Шао Кана.
А тем временем Китана вместе с земными воинами продолжала борьбу. Она стала королевой освобождённой Эдении и возглавила сопротивление. Милина знала об этом и иногда, глядя в магическое зеркало, наблюдала за сестрой. Она видела, как Китана сражается, как она улыбается Лю Кану, как она правит своим народом. И странное чувство — не зависть, а почти гордость — закрадывалось в душу Милины.
Однажды ночью она отправилась в Эдению. Без предупреждения, без оружия, просто пришла к воротам дворца и попросила встречи с королевой. Стража хотела убить её на месте, но Китана, узнав о гостье, приказала пропустить.
Они встретились в тронном зале — том самом, где когда-то сидел Шао Кан. Теперь здесь висели знамёна Эдении, а на троне восседала Китана — величественная, но уставшая.
— Зачем ты пришла? — спросила она без враждебности.
— Я хочу поговорить, — ответила Милина. Она всё ещё носила маску, но голос её звучал иначе — спокойнее, тише. — Я много думала, сестра. О том, что ты сказала тогда, на поле боя. И я поняла, что ты была права. Нас обеих обманули. Мы — не враги. Мы — сёстры, которых сделали врагами.
Китана долго смотрела на неё. Потом встала и подошла ближе.
— Почему я должна тебе верить? Ты пыталась убить меня. Ты пыталась убить Лю Кана.
— Я знаю, — Милина опустила голову. — Я не жду прощения. Я лишь хочу предложить союз. Шао Кан — наш общий враг. Вместе мы можем свергнуть его. А потом… потом я исчезну. Ты больше никогда не увидишь меня.
Китана протянула руку и коснулась маски Милины.
— Ты — моя сестра, — сказала она. — Не по крови, но по духу. Я не хочу, чтобы ты исчезала. Я хочу, чтобы ты осталась. Но это требует доверия. Сними маску.
Милина замерла. Снять маску — значило показать своё уродство. Своё истинное лицо. Она боялась, что Китана снова отшатнётся. Но в глазах сестры не было страха, только сочувствие.
И Милина сняла маску. Китана посмотрела на чудовищный рот, на острые зубы — и улыбнулась.
— Ты прекрасна, — сказала она. — По-своему. Ты — не копия. Ты — уникальна.
Впервые за всю свою жизнь Милина заплакала. Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с остатками ярости, которая копилась годами. Она обняла сестру, и Китана ответила на объятие.
Глава 5: Битва за свободу
Союз между Милиной и Китаной стал решающим фактором в войне против Шао Кана. Милина передала земным воинам информацию о слабых местах императорской армии, о расположении порталов, о планах колдунов. Рептилия, последовав её примеру, также перешёл на сторону восставших. Вместе они разработали план финальной атаки на дворец Шао Кана.
В ночь перед битвой Милина и Китана стояли на балконе дворца Эдении, глядя на звёзды.
— Страшно? — спросила Китана.
— Да, — призналась Милина. — Но не смерти. Я боюсь, что, если мы победим, я не буду знать, что делать дальше. Вся моя жизнь была борьбой. А что потом?
— Потом ты будешь жить, — ответила Китана. — Найдёшь свой путь. Я помогу тебе.
— Ты правда веришь, что я могу измениться?
— Ты уже изменилась. — Китана взяла её за руку. — Ты выбрала не тьму. Это самое трудное. Всё остальное — лишь вопрос времени.
Битва была эпической. Армии Земного Царства и Эдении сошлись с ордами Внешнего Мира. Лю Кан, Кун Лао, Джонни Кейдж и Соня Блейд сражались в первых рядах. Рейден схватился с Шан Цзуном. А Милина и Китана вместе пошли против самого Шао Кана.
Император был силён, как никогда. Его молот крушил всё на своём пути, а доспехи, зачарованные тёмной магией, отражали любые удары. Но сёстры действовали слаженно, как единое целое. Милина отвлекала врага, используя свою скорость и акробатику, а Китана наносила точные удары в уязвимые места. Когда Шао Кан замахнулся молотом на Милину, Китана прыгнула вперёд, закрывая сестру. Молот обрушился на неё, но в последний момент Милина оттолкнула Китану и приняла удар на себя. Она рухнула на землю, истекая кровью.
— МИЛИНА! — крик Китаны был полон отчаяния.
Шао Кан рассмеялся, но его смех прервал Рейден, который обрушил на императора всю мощь небесных молний. Пока бог сражался с тираном, Китана склонилась над сестрой.
— Не умирай! — просила она. — Ты только начала жить!
— Я… счастлива, — прошептала Милина. — Впервые… я чувствую себя… не чудовищем. Ты дала мне это, сестра. Спасибо.
— Ты будешь жить! — Китана прижала ладонь к ране, пытаясь остановить кровь. — Мы найдём целителя! Мы спасём тебя!
Милина слабо улыбнулась.
— Если я выживу… обещаю, что больше никогда не надену маску.
Эпилог: Новое лицо
Милина выжила. Благодаря магии Рейдена и усилиям целителей Эдении она поправилась, хотя на восстановление ушли месяцы. И всё это время Китана была рядом.
Когда Милина впервые вышла на балкон без маски, солнце осветило её лицо — всё ещё необычное, но больше не пугающее. В глазах сестры она видела не страх, а тепло.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Китана.
— Странно, — ответила Милина. — Но хорошо. Я больше не прячусь.
— Ты и не должна. Ты — моя сестра. И мы всегда будем вместе.
Милина посмотрела на город, который помогла освободить. На людей, которые когда-то ненавидели её, а теперь приветствовали как героиню. Она не была больше клоном, жалкой копией. Она была Милиной, воительницей и принцессой. И у неё было будущее.
Однажды вечером, когда празднование победы закончилось, Милина и Китана сидели в саду и разговаривали. Впервые за долгие годы они могли просто быть сёстрами.
— Знаешь, — сказала Милина, — я думаю о том, чтобы отправиться в путешествие. Увидеть другие миры, понять, кто я вне войны.
— Я буду скучать, — ответила Китана. — Но я понимаю. И когда ты вернёшься, ты всегда найдёшь здесь дом.
Милина кивнула, и в её глазах блеснули слёзы — но теперь это были слёзы радости.
— Спасибо, сестра. За всё.
Они обнялись, и в этом объятии было больше силы, чем в любом оружии. Потому что настоящая сила — не в клинках и не в магии. Она в любви, которая способна преодолеть даже самую долгую ненависть.
КОНЕЦ
