Не пой, красавица, при мнеТы песен Грузии печальной:Напоминают мне онеДругую жизнь и берег дальный. Увы! напоминают мнеТвои жестокие напевыИ степь, и ночь – и при лунеЧерты далекой, бедной девы…
Не знаю где, но не у нас,Достопочтенный лорд Мидас,С душой посредственной и низкой,Чтоб не упасть дорогой склизкой,Ползком прополз в известный чинИ стал известный господин.
Не дай мне бог сойти с ума.Нет, легче посох и сума;Нет, легче труд и глад.Не то, чтоб разумом моимЯ дорожил; не то, чтоб с нимРасстаться был не рад: Когда б оставили меняНа воле, как бы резво яПустился в темный лес!
– Не видала ль, девица,Коня моего?– Я видала, виделаКоня твоего.– Куда, красна девица,Мой конь пробежал?– Твой конь пробежалНа Дунай реку – _____ Бежал твой конь,Тебя проклинал –Тебя проклинал 1835
В неволе скучной увядаетЕдва развитый жизни цвет,Украдкой младость отлетает,И след ее – печали след.С минут бесчувственных рожденьяДо нежных юношества летЯ всё не знаю наслажденья,И счастья в томном сердце нет.
Напрасно, милый друг, я мыслил утаитьОбманутой души холодное волненье.Ты поняла меня – проходит упоенье,Перестаю тебя любить……Исчезли навсегда часы очарованья,Пора прекрасная прошла,Погасли юные желанья,Надежда в сердце умерла.
Напрасно я бегу к сионским высотам,Грех алчный гонится за мною по пятам…Так , ноздри пыльные уткнув в песок сыпучий,Голодный лев следит оленя бег пахучий. 1836
Напрасно ахнула Европа,Не унывайте, не беда!От петербургского потопаСпаслась П.олярная З.везда.Бестужев, твой ковчег на бреге!Парнасса блещут высоты;И в благодетельном ковчегеСпаслись и люди и скоты. 1825
Чудесный жребий совершился:Угас великой человек.В неволе мрачной закатилсяНаполеона грозный век.Исчез властитель осужденный,Могучий баловень побед,И дляизгнанника вселеннойУже потомство настает.
Вечерняя заря в пучине догорала,Над мрачной Эльбою носилась тишина,Сквозь тучи бледные тихонько пробегалаТуманная луна:Уже на западе седой, одетый мглою,С равниной синих вод сливался небосклон.