Григорий Поженян Когда в лесу пропали волки –насторожился лес и сник.Стал заяц бегать напрямик,овечьи зажирели холки.У рыси кисти на ушахповисли непривычно вяло.
Григорий Поженян Защищая свою крутизну,не печальтесь, что губы разбиты.Ни погонщику и ни слону,как слоны, не прощайте обиды.Шрам притерпится, боль отболит.Как бы ни были поводы жестки,никому не прощайте обид.
Григорий Поженян Всё равно, мне неведомпуть в обличье чужом.Лучше гибнуть медведем,чем чирикать чижом.Красоваться мехами,рваным шрамом на лбу.На святого Михайларазморозить гульбус мёдом и с мордобоем,чтобы шерсть на кустах.
Николай Заболоцкий Скачет, свищет и бормочетМноголикий птичий двор.То могучий грянет кочет,То индеек взвизгнет хор. В бесшабашном этом гаме,В писке маленьких цыплятГуси толстыми ногамиЗемлю важно шевелят.
Подруга дней моих суровых,Голубка дряхлая моя!Одна в глуши лесов сосновыхДавно, давно ты ждешь меня.Ты под окном своей светлицыГорюешь, будто на часах,И медлят поминутно спицыВ твоих наморщенных руках.
Мой голос для тебя и ласковый и томныйТревожит поздное молчанье ночи темной.Близ ложа моего печальная свечаГорит; мои стихи, сливаясь и журча,Текут, ручьи любви;
Благословляю новоселье,Куда домашний свой кумирТы перенес – а с ним веселье,Свободный труд и сладкий мир. Ты счастлив; ты свой домик малый.Обычай мудрости храня,От злых забот и лени вялойЗастраховал, как от огня.
Желал бы быть твоим, Семенова, покровом,Или собачкою постельною твоей, –Или поручиком Барковым. –Ах, он поручик! ах, злодей! Между 1817 – апрель 1820 гг.
Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем,Восторгом чувственным, безумством, исступленьем,Стенаньем, криками вакханки молодой,Когда, виясь в моих объятиях змией,Порывом пылких ласк и язвою лобзанийОна торопит миг последних содраганий!
Нет, нет, напрасны ваши пени,Я вас люблю, всё тот же я.Дни наши, милые друзья,Бегут как утренние тени,Как воды быстрого ручья.Давно ли тайными судьбамиНам жизни чаша подана!