Умеешь ты сердца тревожить,Толпу очей остановить,Улыбкой гордой уничтожить,Улыбкой нежной оживить;Умеешь ты польстить случайноС холодной важностью лицаИ умника унизить тайно,Взяв пылко сторону глупца!Как в 

Пускай толпа клеймит презреньемНаш неразгаданный союз,Пускай людским предубежденьемТы лишена семейных уз. Но перед идолами светаНе гну колени я мои;Как ты, не знаю в нем предметаНи сильной злобы, ни любви.

В шапке золота литогоСтарый русский великанПоджидал к себе другогоИз далеких чуждых стран. За горами, за доламиУж гремел об нем рассказ,И померяться главамиЗахотелось им хоть раз.

Терек воет, дик и злобен,Меж утесистых громад,Буре плач его подобен,Слезы брызгами летят.Но, по степи разбегаясь,Он лукавый принял видИ, приветливо ласкаясь,Морю Каспию журчит: «Расступись, о старец море,Дай приют моей волне!

Гусар! ты весел и беспечен,Надев свой красный доломан;Но знай – покой души не вечен,И счастье на земле – туман. Крутя лениво ус задорный,Ты вспоминаешь стук пиров;

Ревет гроза, дымятся тучиНад темной бездною морской,И хлещут пеною кипучейТолпяся, волны меж собой.Вкруг скал огнистой лентой вьетсяПечальной молнии змея,Стихий тревожный рой мятется –И здесь стою недвижим я.

Гроза шумит в морях с конца в конец.Корабль летит по воле бурных вод,Один на нем спокоен лишь пловец,Чело печать глубоких дум несет,Угасший взор на тучи устремлен –Не ведают, ни кто, ни что здесь он!

(Узнав от путешественникаописание сей могилы) Под занавесою тумана,Под небом бурь, среди степей,Стоит могила ОссианаВ горах Шотландии моей.Летит к ней дух мой усыпленныйРодимым ветром подышатьИ от могилы

Я верю: под одной звездоюМы с вами были рождены;Мы шли дорогою одною,Нас обманули те же сны.Но что ж! – от цели благороднойОторван бурею страстей,Я позабыл в борьбе бесплоднойПреданья юности моей.

Гляжу на будущность с боязнью,Гляжу на прошлое с тоскойИ, как преступник перед казнью,Ищу кругом души родной;Придет ли вестник избавленьяОткрыть мне жизни назначенье,Цель упований и страстей,Поведать –