Борис Ельцин. Танки и слёзы

Борис Ельцин. Танки и слёзы: как русский медведь сломал империю и построил новую Россию Историческая мелодрама о человеке, который поднялся на танк, чтобы спасти свободу, и ушёл, чтобы спасти страну

«Я не хочу быть диктатором. Я не хочу быть царём. Я хочу быть человеком, который даст России шанс. Я знаю, что меня будут проклинать. Я знаю, что меня будут ненавидеть. Но я знаю и другое: я делаю это не для себя. Я делаю это для своих внуков. Для их будущего. Для их свободы».

Глава первая. Бутка. Детство в ссылке

1931 год, 1 февраля. Свердловская область, село Бутка

Зима в Бутке была страшной. Мороз пробирал до костей, ветер завывал в трубах, и казалось, что само время замерзает в этом глухом месте. В доме, пахнущем дымом и сыростью, кричал мальчик. Бабка, принимая его, перекрестилась: «Он будет жить. Он будет бороться. Он не сдастся».

Мать, Клавдия Васильевна, прижала его к груди. Отец, Николай Игнатьевич, сидел на крыльце и молчал. Он был репрессирован, сослан, сломлен. Он не мог дать сыну будущее — только имя.

«Ты — Борис, — сказал он мальчику, когда тот подрос. — Ты должен быть сильным. Ты должен быть таким, чтобы никто не мог тебя сломать».

«Я не сломаюсь, — ответил Борис. — Я буду бороться. Я буду жить».

Он рос в ссылке. Видел голод, холод, страх. Он не забыл этого никогда.

Глава вторая. Свердловск. Строитель и партиец

1960-е годы. Свердловск, стройки, обком

Он был молод, силён, харизматичен. Он работал на стройках — сначала мастером, потом прорабом. Он мог заставить работать любого, но никогда не просил того, чего не мог сделать сам.

«Борис Николаевич, — сказал ему первый секретарь обкома, когда они встретились в кабинете, — я смотрю на тебя и вижу будущее. Ты — лидер. Ты — человек, который умеет вести за собой».

«Я умею работать, — ответил Борис. — Я умею строить. Я умею создавать. И я не умею врать».

Он стал первым секретарём Свердловского обкома. Он строил города, дороги, заводы. Он был жестоким, но справедливым. Он не боялся врагов — он боялся только того, что не успеет сделать.

Глава третья. Москва. Приглашение в ЦК

1985 год. Москва, Кремль, кабинет Горбачёва

Горбачёв позвал его в Москву. Ельцин приехал, сел напротив и посмотрел в глаза Генеральному секретарю. В комнате было тихо, только часы тикали на стене.

«Борис Николаевич, — сказал Горбачёв, — я хочу, чтобы ты стал секретарём ЦК. Ты нужен стране. Ты нужен партии».

«Я не хочу быть секретарём, — ответил Ельцин. — Я хочу быть тем, кто меняет страну. Я хочу быть тем, кто говорит правду».

«Ты будешь говорить правду, — сказал Горбачёв. — Но ты будешь делать это осторожно. Ты будешь делать это так, чтобы не разрушить систему».

«Я не умею быть осторожным, — сказал Ельцин. — Я умею только делать».

Глава четвёртая. Москва. Первый съезд и уход

1989 год, май. Москва, Кремль, зал заседаний

Он стоял на трибуне и смотрел на депутатов. Он знал, что они его ненавидят. Он знал, что они ждут его ошибки. Он не ошибся. Он говорил правду. Он кричал о коррупции, о лжи, о том, что партия не спасает страну, а убивает её.

«Вы боитесь перемен! — крикнул он. — Вы боитесь того, что люди станут свободными! Вы боитесь потерять власть! А я не боюсь! Я готов потерять всё! Я готов умереть!»

Зал молчал. Потом зааплодировали. Потом засвистели.

«Товарищ Ельцин, — сказал председательствующий, — сядьте. Вы нарушаете регламент».

«Я не нарушаю! — крикнул он. — Я говорю правду! И вы не хотите её слышать! Но вы услышите! Вы все услышите!»

Он вышел из зала. Он ушёл из партии. Он стал врагом.

Глава пятая. Танк. Август 1991 года

1991 год, 19 августа. Москва, улицы перед Белым домом

Он стоял на танке. Серый, тяжёлый, стальной. Вокруг — тысячи людей, крики, флаги. Он смотрел на них и не верил, что это происходит наяву.

«Мы не отдадим свободу! — крикнул он. — Мы не отдадим страну! Мы будем бороться! Мы победим!»

Толпа взорвалась аплодисментами. Люди плакали, обнимались, пели. Он стоял на танке, и ветер трепал его волосы. Он знал, что это — его момент. Его час.

«Товарищ Ельцин, — крикнул кто-то из толпы, — вы — наш президент! Вы — наша надежда!»

«Я сделаю всё, — ответил он. — Я сделаю всё, чтобы вы были свободными».

Государственный комитет по чрезвычайному положению провалился. Ельцин победил.

Глава шестая. Беловежская пуща. Конец империи

1991 год, 8 декабря. Беловежская пуща, охотничий домик

Они сидели за столом и пили водку. Ельцин, Кравчук, Шушкевич. Они смотрели друг на друга и понимали, что это — конец.

«Мы не можем больше жить вместе, — сказал Кравчук. — Мы должны разойтись. Мы должны быть свободными».

«Я согласен, — ответил Ельцин. — Мы подпишем соглашение. Мы создадим новое государство. Мы создадим Россию».

«Ты уверен, что это правильно? — спросил Шушкевич. — Ты уверен, что это не разрушит всё?»

«Я уверен, — сказал Ельцин. — Если мы не сделаем этого, нас сожрут. Мы должны идти вперёд».

Они подписали соглашение. Советский Союз перестал существовать.

Глава седьмая. Танки. Октябрь 1993 года

1993 год, 4 октября. Москва, улицы перед Белым домом

Он снова стоял перед толпой. Но теперь толпа не кричала «ура». Она кричала «долой». Она требовала его отставки. Она требовала его смерти.

«Вы — предатель! — крикнул кто-то из толпы. — Вы — убийца! Вы — вор!»

«Я делаю это для страны, — сказал Ельцин. — Я делаю это, чтобы сохранить порядок. Я делаю это, чтобы спасти Россию».

Он отдал приказ о штурме. Танки выстрелили в Белый дом.

Глава восьмая. Чечня. Война и боль

1994 год. Грозный, развалины города

Он сидел в своём кабинете и смотрел на карту. Горели города, гибли солдаты, плакали матери. Он не мог остановить это. Он не мог спасти никого.

«Товарищ президент, — сказал министр обороны, — мы должны вывести войска. Мы не можем выиграть эту войну».

«Я знаю, — ответил Ельцин. — Но я не могу уйти. Я должен закончить это. Я должен сделать всё, что могу».

Глава девятая. Новый год. 1999 год

1999 год, 31 декабря. Москва, Кремль, кабинет Президента

Он сидел в своём кабинете и смотрел на часы. Через несколько минут наступит новый год. Через несколько минут он перестанет быть президентом.

«Борис Николаевич, — сказал помощник, — вы уверены, что хотите это сделать?»

«Я уверен, — ответил он. — Я устал. Я не могу больше. Я оставляю страну новому человеку. Молодому, сильному, честному. Я верю в него».

Он подписал указ о своей отставке.

Глава десятая. Эпилог. Жизнь после

Он жил ещё восемь лет. Смотрел, как растёт Россия, как она учится дышать. Он не жалел о том, что сделал. Он знал: он дал ей шанс.

Конец