Михаил Лермонтов

Настанет день – и миром осужденный,Чужой в родном краю,На месте казни – гордый, хоть презренный –Я кончу жизнь мою;Виновный пред людьми, не пред тобою,Я твердо жду тот час;

Всем жалко вас: вы так устали!Вы не хотели танцевать –И целый вечер танцевали!Как наконец не перестать?..Но если б все ценить умелиВаш ум, любезность ваших слов,–Клянусь бессмертием богов –Тогда б мазурки опустели.

(Дума) В неверный час, меж днем и темнотой,Когда туман синеет над водой,В час грешных дум, видений, тайн и дел,Которых луч узреть бы не хотел,А тьма укрыть, чья тень, чей образ там,На берегу, склонивши

Есть птичка рая у меня,На кипарисе молодомОна сидит во время дня,Но петь никак не станет днем;Лазурь небес – ее спина,Головка пурпур, на крылахПыль золотистая видна,–Как отблеск утра в облаках.

На серебряные шпорыЯ в раздумии гляжу;За тебя, скакун мой скорый,За бока твои дрожу. Наши предки их не зналиИ, гарцуя средь степей,Толстой плеткой погонялиНедоезженных коней.

На севере диком стоит одинокоНа голой вершине сосна,И дремлет, качаясь, и снегом сыпучимОдета, как ризой, она. И снится ей все, что в пустыне далекой,В том крае, где солнца восход,Одна и грустна на утесе горючемПрекрасная пальма растет.

На светские цепи,На блеск утомительный балаЦветущие степиУкрайны она променяла, Но юга родногоНа ней сохранилась приметаСреди ледяного,Среди беспощадного света. Как ночи Украйны,В мерцании звезд незакатных,Исполнены

Дай бог, чтоб вечно вы не знали,Что значат толки дураков,И чтоб вам не было печалиОт шпор, мундира и усов;Дай бог, чтоб вас не огорчалиСоперниц ложные красы,Чтобы у ног вы увидалиМундир, и шпоры, и усы!

Да охранюся я от мушек,От дев, не знающих любви,От дружбы слишком нежной и –От романтических старушек. 1830

Поверь, ничтожество есть благо в здешнем свете.К чему глубокие познанья, жажда славы,Талант и пылкая любовь свободы,Когда мы их употребить не можем?Мы, дети севера, как здешные растенья,Цветем недолго, быстро увядаем…