Александр Пушкин

Снова тучи надо мноюСобралися в тишине;Рок завистливой бедоюУгрожает снова мне…Сохраню ль к судьбе презренье?Понесу ль навстречу ейНепреклонность и терпеньеГордой юности моей?  

Когда для смертного умолкнет шумный деньИ на немые стогны градаПолупрозрачная наляжет ночи тень,И сон, дневных трудов награда,В то время для меня влачатся в тишинеЧасы томительного бденья:В бездействии

Бог помочь вам, друзья мои,В заботах жизни, царской службы,И на пирах разгульной дружбы,И в сладких таинствах любви! Бог помочь вам, друзья мои,И в бурях, и в житейском горе,В краю чужом, в пустынном мореИ в мрачных пропастях земли!

Пока не требует поэтаК священной жертве Аполлон,В заботах суетного светаОн малодушно погружен;Молчит его святая лира;Душа вкушает хладный сон,И меж детей ничтожных мира,Быть может, всех ничтожней он.  

Мой первый друг, мой друг бесценный!И я судьбу благословил,Когда мой двор уединенный,Печальным снегом занесенный,Твой колокольчик огласил. Молю святое провиденье:Да голос мой душе твоейДарует то же утешенье,Да

Духовной жаждою томим,В пустыне мрачной я влачился,И шестикрылый серафимНа перепутье мне явился.Перстами легкими как сонМоих зениц коснулся он:Отверзлись вещие зеницы,Как у испуганной орлицы.

Быть может, уж недолго мнеВ изгнанье мирном оставаться,Вздыхать о милой старинеИ сельской музе в тишинеДушой беспечной предаваться. Но и в дали, в краю чужомЯ буду мыслию всегдашнейБродить Тригорского

По получении от него «Чернеца»       Певец, когда перед тобойВо мгле сокрылся мир земной,Мгновенно твой проснулся гений,На всё минувшее воззрелИ в хоре светлых привиденийОн песни дивные запел.  

К чему холодные сомненья?Я верю: здесь был грозный храм,Где крови жаждущим богамДымились жертвоприношенья;Здесь успокоена былаВражда свирепой Эвмениды:Здесь провозвестница ТавридыНа брата руку занесла;

Торгуя совестью пред бледной нищетою,Не сыпь своих даров расчетливой рукою:Щедрота полная угодна небесам.В день грозного суда, подобно ниве тучной,