В этот день земля молчит особенно тихо,
Будто снова боится спугнуть тишину.
Ветер носит запах дыма и пороха старого,
Хотя прошло уже восемьдесят весен с той весны.
Мы не видели войну. Но она в нас живёт.
В генах, в снах, в молчании старых отцов.
В руках бабушек, что до сих пор дрожат,
Когда вспоминают, как хлеб делили на граммы.
Они шли по снегу, по чёрной грязи, по крови,
В шинелях, тоньше нынешних летних курток.
Двадцатилетние мальчики с глазами стариков,
Которым уже не страшно было умереть.
Они не знали красивых слов про «священный долг».
Просто знали: за спиной — мать, жена, ребёнок.
И если они отступят — не будет больше ничего.
Ни домов. Ни имён. Ни будущего.
Под Москвой мёрзли. Под Сталинградом горели.
В Курской дуге стояли стеной из стали и мяса.
В блокадном городе ели землю и клей,
И всё равно ставили «Лебединое озеро»,
Чтобы смерть не посмела забрать человеческое.
А в тылу женщины пахали на себе,
Как лошади, которых уже не было.
Дети в двенадцать лет стояли у станков,
И руки их были старше, чем у дедов сегодня.
Они дошли.
До самого Берлина.
До рейхстага.
До той самой крыши, где русский солдат
Водрузил знамя, красное от крови и победы.
Сколько их осталось лежать в чужой земле —
Никто точно не скажет.
Миллионы.
Безымянные. Безмогильные.
Но живые в каждом из нас.
Они не просили памятников.
Они просили только одного —
Чтобы мы не забыли цену этой тишины,
Которую сейчас нарушает только
Стук наших равнодушных сердец.
Сегодня мы снова несём гвоздики к обелискам.
Красные, как тот флаг над рейхстагом.
Старики в орденах, которых с каждым годом меньше,
Смотрят на нас так, будто спрашивают:
«Ну что, стоило оно того?»
И мы отводим глаза.
Потому что боимся ответить честно.
Мы привыкли к миру.
Мы жалуемся на цены, на дороги, на власть.
А они отдали всё, чтобы мы могли жаловаться.
Но в этот день, девятого мая,
Что-то внутри всё равно сжимается.
Когда звучит «День Победы» и идут «Катюши»,
Когда маршируют бессмертные полки на параде,
Когда в каждом дворе зажигают свечи.
Мы помним.
Хотя бы в этот день.
Это не просто праздник.
Это долг.
Кровавый, тяжёлый, вечный.
Долг перед теми, кто замерзал в окопах под Ржевом,
Кто горел в танке под Прохоровкой,
Кто умирал от голода в Ленинграде,
Кто в семнадцать лет закрывал собой амбразуру.
Они не были героями из кино.
Они были обычными людьми.
Уставшими. Грязными. Злыми.
Напуганными.
Но они не сдались.
И пока мы носим в сердцах эту память —
Они живы.
Пока мы говорим своим детям правду —
Они не зря умирали.
Пусть в небе снова будут только салюты,
А не «мессеры» и «юнкерсы».
Пусть в земле лежат только семена и корни,
А не кости мальчишек девятнадцатого года рождения.
Но мы не имеем права забыть.
Ни на один день.
Ни на одну минуту.
Потому что мир — это хрупкая вещь.
Он держится на памяти тех,
Кто однажды уже заплатил за него
Самой высокой ценой.
С Днём Великой Победы.
