Стихи

(Из Цедлица) По синим волнам океана,Лишь звезды блеснут в небесах,Корабль одинокий несется,Несется на всех парусах. Не гнутся высокие мачты,На них флюгера не шумят,И молча в открытые люкиЧугунные пушки глядят.

Я видел юношу: он был верхомНа серой борзой лошади – и мчалсяВдоль берега крутого Клязьмы. ВечерПогас уж на багряном небосклоне,И месяц в облаках блистал и в волнах;

Взгляни на этот лик; искусством онНебрежно на холсте изображен,Как отголосок мысли неземной,Не вовсе мертвый, не совсем живой;Холодный взор не видит, но глядитИ всякого, не нравясь, удивит;

Гляжу в окно: уж гаснет небосклон,Прощальный луч на вышине колонн,На куполах, на трубах и крестахБлестит, горит в обманутых очах;И мрачных туч огнистые краяРисуются на небе как змея,И ветерок, по саду

Скажи мне, ветка Палестины:Где ты росла, где ты цвела,Каких холмов, какой долиныТы украшением была? У вод ли чистых ИорданаВостока луч тебя ласкал,Ночной ли ветр в горах ЛиванаТебя сердито колыхал?

(Стихи в оригинале найдены во Франции на стенах одной государственной темницы) Зачем вы на меня,Любезные друзья,В решетку так глядите?Не плачьте, не грустите!Пускай умру сейчас,Коль я в углу темницыСмочил один хоть разСлезой мои ресницы!

Когда весной разбитый ледРекой взволнованной идет,Когда среди полей местамиЧернеет голая земляИ мгла ложится облакамиНа полуюные поля,–Мечтанье злое грусть лелеетВ душе неопытной моей;

1 Поверхностью морей отражена,Богатая Венеция почила,Сырой туман дымился, и лунаВысокие твердыни осребрила.Чуть виден бег далекого ветрила,Студеная вечерняя волнаЕдва шумит вод веслами гондолыИ повторяет звуки баркаролы.

Я к вам пишу случайно; правоНе знаю как и для чего.Я потерял уж это право.И что скажу вам?– ничего!Что помню вас?– но, Боже правый,Вы это знаете давно;И вам, конечно, все равно. И знать вам также нету нужды,Где я?

В рядах стояли безмолвной толпой,Когда хоронили мы друга;Лишь поп полковой бормотал – и поройРевела осенняя вьюга.Кругом кивера над могилой святойНедвижны в тумане сверкали,Уланская шапка да меч боевойНа гробе дощатом лежали.