Ветка папоротника. Основано на свидетельствах жителей окрестностей озера Вялье и реки Ворожея, 1980-2000‑е гг. Подобные заговоры считались опасными: они могли «привязать» беду к тому, кто вмешался в ритуал.
Лес у Чёрного ручья всегда считался недобрым местом. Местные обходили его стороной, а дети слушались строгих наказов родителей — ни шагу за опушку. Но трое друзей — Марк, Лика и Денис — решили проверить, правда ли всё так страшно.
Было раннее лето, воздух пах хвоей и влажной землёй. Солнце едва пробивалось сквозь густые кроны, оставляя на земле рваные пятна света.
— Да ладно вам, — хмыкнул Марк, пиная сосновую шишку. — Какие ещё духи? Просто бабкины сказки.
Лика нервно поправила капюшон.
— А если не сказки? Говорят, здесь кто‑то до сих пор проводит обряды…
— Обряды? — Денис рассмеялся. — Ну давай, покажи мне того, кто тут колдует!
Они зашли глубже. Тропа исчезла, остались только поваленные деревья и колючие заросли.
Вдруг Лика остановилась.
— Смотрите…
На ветке висели пучки папоротника, связанные между собой грубыми узлами. Листья потемнели, будто давно высохли, но узлы оставались тугими, не развязались.
— Что это? — прошептал Денис.
Марк подошёл ближе, прищурился.
— Какой‑то ритуал. Может, охотники так метят?
Лика покачала головой.
— Нет. Это не метки. Это… заговор.
Она осторожно потянулась к одному пучку, но Марк резко схватил её за руку.
— Не трогай.
— Да что будет‑то? — Денис фыркнул. — Ну, свяжу я один, посмеюсь.
Он сорвал ветку папоротника и, смеясь, начал завязывать узел.
— Связываю тебя узлом, — передразнил он. — Заклинаю мёртвым козлом, рогами чёрта…
— Хватит! — крикнула Лика.
Но Денис уже закончил. Он бросил пучок на землю и хлопнул в ладоши.
— Ну что, духи, я вас победил!
В тот же миг лес затих. Птицы смолкли. Ветер исчез.
Тишина легла на плечи, как тяжёлое одеяло.
— Чёрт… — Денис побледнел. — Что это было?
Марк сглотнул.
— Пошли отсюда. Быстро.
Они бросились бежать, но тропа, по которой они пришли, исчезла. Деревья стояли слишком близко, ветви цеплялись за одежду.
— Куда?! — Лика задыхалась. — Где выход?
— Вперёд! — крикнул Марк. — Держитесь вместе!
Но Денис вдруг остановился.
— Я… не могу.
Он схватился за грудь. Лицо исказилось.
— Мне… плохо…
Он упал на колени. Из его рта потекла тёмная струйка. Глаза закатились.
— Денис! — Лика бросилась к нему.
Марк схватил её за плечо.
— Нельзя! Уходим!
Они побежали дальше. Но лес не отпускал. Тени удлинялись, вытягивались, словно руки. В ушах зазвучали шёпоты — не слова, а обрывки, стоны, смех.
К вечеру они выбрались к краю леса. Лика рухнула на траву, задыхаясь. Марк стоял, сжимая кулаки.
— Он… он умер, да? — прошептала Лика.
Марк не ответил.
На следующий день они рассказали всё полиции. Те не нашли тела Дениса. Только на опушке, у самой границы леса, лежал пучок папоротника. Узел был затянут туго. И на листьях — тёмные пятна.
А ночью Лика проснулась от стука в окно. Она медленно повернулась.
За стеклом, в свете луны, стоял Денис. Его глаза были чёрными. Он улыбался.
И шептал:
— Ты следующая…
