Цена кошмаров
Я никогда не верила в сверхъестественное. Мистика казалась мне забавной игрой воображения — не более того. Но то, что началось год назад, заставило меня усомниться во всём, во что я когда‑либо верила.
Меня зовут Лина, и я живу в небольшом городке на севере страны — в Веленске. Здесь всё привычно и знакомо: серые улицы, вечно хмурое небо, запах сырости от реки, что течёт через город. Но теперь этот мир кажется мне чужим. Будто что‑то пробралось в него из другого измерения — и поселилось у меня за спиной.
Сны всегда были моей стихией. Яркие, фантастические, они уносили меня в миры, где невозможное становилось реальностью. Я была там лишь наблюдателем — не могла ни к чему прикоснуться, ни с кем заговорить. Но всё изменилось той зимой.
Первый выброс
Это случилось в январе. День был обычным: работа, магазин, ужин перед телевизором. Ничего, что могло бы вызвать кошмары. Но ночью я оказалась на свадьбе подруги — только не в банкетном зале, а в сыром подвале с бетонными стенами и тусклой лампочкой под потолком.
Гости танцевали, смеялись, чокались бокалами. Я кружилась в танце, пока не посмотрела на свои руки. Они были в крови, а в ладони торчали осколки стекла. Но боли не было — только липкий ужас, сковавший грудь.
«Беги», — шепнул кто‑то внутри меня.
Я рванулась к двери, но та не открывалась. Гости замерли, повернулись ко мне. Их лица расплывались, как воск, а глаза стали чёрными провалами. Я рванула ручку — и проснулась.
В своей комнате. В своей постели.
Дрожащими руками я дотянулась до выключателя. Свет не загорелся.
Коридор без выхода
Я вышла в коридор. В темноте стоял силуэт соседки — длинные волосы скрывали лицо.
— Катя? — позвала я.
Она не ответила. Резко вскинула голову и бросилась на меня.
Я захлопнула дверь — и снова проснулась.
На этот раз я не встала. Лежала, вцепившись в одеяло, пока не почувствовала занозы в ладони — я сорвала часть обивки с изголовья кровати. За шкафом стоял мой коллега, Андрей.
— Помоги, — прошептала я. — Мне нужно включить свет.
Он молча подошёл к выключателю. Щёлк — и я очнулась.
Минуты две я лежала, прислушиваясь к дыханию, проверяя, реальна ли комната вокруг. Свет горел. Но страх остался.
Осознание
Сначала я думала, что это стресс. Полгода назад умерла бабушка, и горе ещё не отпустило. Но сны повторялись. И с каждым разом я всё чётче осознавала: это не просто кошмары.
Я научилась летать во сне. Перемещаться силой мысли. А ещё — замечать, что «обитатели» этих миров начали меня видеть.
Они подкрадывались из теней, шептали что‑то на непонятном языке, хватали за руки. Я отбивалась — сначала в панике, потом с яростью. Однажды я оттолкнула одного так сильно, что он отлетел в стену и рассыпался, как пепел.
Тогда я начала искать ответы. Читала про осознанные сновидения, астральные проекции, древние поверья. И как только я нашла объяснение — выходы прекратились.
Но началось другое.
Вещи, которые не должны происходить
Однажды вечером я услышала шаги на балконе. Чёткие, тяжёлые — будто кто‑то ходил туда‑сюда. Я замерла, вслушиваясь. Шаги остановились у окна.
Я не решилась посмотреть.
Через месяц Катя, моя соседка, рассказала, что тоже слышала шаги — когда никого не было дома. Она вышла проверить — балкон был пуст.
Потом стали пропадать вещи. Ключи, фотографии, чашка, которую подарила бабушка. Находили их в самых неожиданных местах: в холодильнике, за диваном, в кармане пальто, которое я не надевала месяцами.
А потом умерла мама.
Чёрная полоса
Её смерть стала началом конца. Раздел имущества, суды с дальними родственниками, о которых мы никогда не слышали. Они появились, как призраки, и требовали свою долю.
Каждый новый удар судьбы будто подпитывал что‑то тёмное в моей квартире. Лампочки перегорали одна за другой. По ночам скрипели полы, будто кто‑то ходил по ним. Тени в углах становились гуще.
Я начала молиться. Не в церкви — дома, шёпотом, перед сном. Пыталась убедить себя, что всё наладится.
Дала «этому» имя — «Васильевич». В шутку. Чтобы перестать бояться.
— Ну что, Васильевич, опять шалишь? — говорила я, находя ключи в микроволновке. — Ну и вредный же ты сосед.
Финал
Страх ушёл. Сны больше не выбрасывают меня в те миры. Но я знаю: оно всё ещё здесь.
Иногда я чувствую взгляд в спину. Слышу шёпот, когда остаюсь одна. Тени в углах чуть длиннее, чем должны быть.
Я убеждаю себя, что стала сильнее. Что победила. Но по ночам, когда город засыпает, я всё равно проверяю, заперта ли дверь на балкон. И прислушиваюсь.
Шаги…
