Тень забытого капища История основана на реальных событиях Литературная обработка от автора
1987 год, деревня Глухово, Вологодская область
Сентябрь в Глухово всегда выдавался промозглым. Туман стелился по земле, словно седые волосы древней старухи, а лес за околицей молчал — не слышно было ни птичьих трелей, ни шороха зверя. В деревне давно забыли о старых обычаях, но кое‑кто ещё помнил: земля не прощает забвения.
I. Приезд
Анатолий приехал в Глухово к тётушке Марфе — последней из рода, кто хранил «памятные книги». Он, молодой этнограф, мечтал найти следы древнего погребального ритуала, о котором читал в трудах XIX века: тела оставляли на капище, чтобы звери «разделили плоть с духами».
— Ты зря сюда явился, — сказала Марфа, встречая его на крыльце. Её глаза, тёмные и неподвижные, словно смотрели сквозь него. — Земля тут… неспокойная.
— Я всего на неделю, — улыбнулся Анатолий. — Хочу изучить местные предания. Может, найдёте что‑то в ваших книгах?
Марфа молчала. Ветер зашумел в берёзах, и ей показалось, что где‑то вдали, за болотом, раздался низкий, протяжный вой.
II. Капище
На третий день Анатолий уговорил местного проводника, деда Игната, отвести его к капищу. Старик долго отнекивался:
— Туда ходить — беду накликать. Там они до сих пор ждут.
— Кто «они»? — нетерпеливо спросил Анатолий.
Игнат перекрестился:
— Те, кого не съели.
Капище оказалось поляной, окружённой валунами с выцветшими руническими знаками. В центре стоял обломанный столб, у основания которого темнели пятна, похожие на засохшую кровь.
— Вот здесь оставляли тела, — прошептал Игнат. — Если зверь не трогал — значит, душа не ушла. Остаётся тут. Бродит.
Анатолий достал блокнот, начал зарисовывать камни. Вдруг он заметил, что один из валунов… шевелится. Словно под ним кто‑то ворочался, пытаясь выбраться.
— Дед, ты видишь?.. — начал он, но Игнат уже бежал прочь, крича: «Они проснулись!»
III. Ночь
Той же ночью в доме Марфы заскрипели половицы. Анатолий проснулся от тихого шёпота за дверью:
— Открой… мы замёрзли…
Он вскочил, зажёг керосиновую лампу. В коридоре никого не было, но на полу оставались мокрые следы, ведущие к печке. Из‑за заслонки доносилось чавканье.
— Марфа! — крикнул он, бросаясь на кухню.
Старуха сидела у стола, бледная, с расширенными глазами. На её платье алели капли.
— Они пришли за мной, — прошептала она. — Я последняя, кто помнил. Теперь их очередь.
Из‑за печи выползло нечто: фигура без лица, обтянутая серой кожей, с пальцами, похожими на когти. За ней — ещё одна, и ещё.
— Ты нарушил покой, — прошипело первое существо. — Теперь ты — наш.
IV. Утро
На рассвете деревня опустела.
Игнат, осмелившийся подойти к дому Марфы, нашёл лишь следы грязи и… волосы. Много волос, спутанных, будто вырванных с корнем. Двери были распахнуты, внутри — ни души. Только на столе лежал блокнот Анатолия с последней записью:
«Они не звери. Они — те, кого не съели. И теперь я один из них».
Эпилог
В 1988 году Глухово официально признали заброшенным. Карты перерисовали, дорогу заросли ели. Но охотники, забредающие в те края, иногда слышат из чащи тихий шёпот:
— Откройте… мы замёрзли…
А по утрам на траве остаются мокрые следы, ведущие к старому капищу.
