«Тень Леонардо: проклятие забытых чертежей» История основана на реальных событиях Литературная обработка от автора
Венеция, октябрь 1503 года. Полузаброшенная мастерская на окраине города, близ района Каннареджо.
Тусклый свет масляной лампы дрожал на стенах, выхватывая из сумрака странные силуэты инструментов и полусобранных механизмов. В воздухе витал запах старой кожи, воска и чего‑то затхлого — будто сама тишина здесь была пропитана тайной.
— Ты уверен, что это стоит делать, Марко? — прошептал Франко, нервно оглядываясь на тёмные углы мастерской. Его голос дрожал. — Эти чертежи… они не для человеческих глаз.
Марко, молодой подмастерье с горящими от азарта глазами, бережно разгладил пожелтевший лист с наброском водолазного костюма. Линии были чёткими, детализированными — словно сам Леонардо смотрел на них сквозь века.
— Здесь всё: размеры, материалы, схема дыхания под водой, — произнёс он, проводя пальцем по изящным зарисовкам. — Представь, какие богатства мы найдём на затонувших кораблях! Золото, драгоценности, древние артефакты…
— А если это проклято? — Франко сглотнул, его взгляд скользнул к углу, где в тени будто шевельнулось нечто неоформленное. — Говорят, Леонардо оставил здесь нечто… не от мира сего. Что‑то, что не должно быть раскрыто.
Марко усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень сомнения.
— Суеверия, — бросил он, зажигая вторую лампу. — Мы живём в эпоху разума. Чертежи — это лишь знания. А знания не могут быть прокляты.
Тени заплясали по стенам, превращая обычные инструменты в зловещие силуэты. Франко дрожащей рукой поднёс огонь к фитилю, и пламя вспыхнуло ярче, отбросив на пол длинные, извивающиеся тени.
Первая попытка
На следующую ночь они спустились к каналу. Вода была чёрной, как чернила, и отражала лишь бледный свет луны. Костюм, сшитый по чертежам, выглядел устрашающе: кожа, отягощённая свинцовыми грузами, шлем с мутными стеклянными линзами, трубки, ведущие к воздушному колоколу, который Марко закрепил на плоту.
— Дыши ровно, — напутствовал Марко, помогая Франко надеть снаряжение. Его пальцы дрожали, но он старался говорить уверенно. — Я буду держать колокол. Если что — тяни за верёвку. Я вытащу тебя.
Франко кивнул, но его глаза за линзами шлема были полны страха. Он шагнул в воду, и она поглотила его с тихим плеском.
Марко следил за пузырьками, поднимавшимися к поверхности. Прошло десять минут… пятнадцать… Он начал считать секунды, сердце билось всё чаще.
Вдруг верёвка резко натянулась. Марко потянул — и вытащил лишь обрывок. Из глубины донёсся приглушённый крик, будто кто‑то скребся в стекло изнутри. Затем — тишина.
Проклятие раскрывается
Три дня Марко не находил себе места. Он почти не ел, не спал, лишь бродил по мастерской, перебирая чертежи и пытаясь понять, что пошло не так. На четвёртую ночь он вернулся в мастерскую. Лампа горела тускло, отбрасывая длинные тени.
На столе лежал тот самый чертёж водолазного костюма — но теперь на нём появились новые пометки, сделанные чужой рукой. Буквы были выведены чёрным, будто чернилами из тьмы:
«Воздух — не для них. Вода — их могила. Кто нарушит покой — станет одним из них».
За спиной раздался плеск. Марко обернулся. Из тёмного угла, прихрамывая, вышел Франко — но это был уже не он. Кожа посерела, глаза за линзами шлема светились зеленоватым огнём. В руках он сжимал обрывок верёвки, с которого стекала мутная вода.
— Ты… ты жив?! — в ужасе прошептал Марко, отступая к стене.
Голос Франко доносился сквозь воду, булькая и искажаясь, словно он говорил из глубины:
— Я стал частью его замысла. Теперь ты должен занять моё место.
— Нет! — Марко рванулся к двери, но та оказалась заперта. Он обернулся — Франко приближался, его шаги оставляли мокрые следы на пыльном полу.
— Ты уже выбрал свою судьбу, когда раскрыл чертежи, — прошипел Франко. — Теперь ты — следующий.
Последняя ночь
Наутро в канале нашли два тела. Одно — в водолазном костюме, его шлем был разбит, а внутри виднелось искажённое лицо Франко. Второе — с перерезанным горлом, лежавшее рядом с плотом. Это был Марко. На его груди лежал листок с новым чертежом: дельтаплан, крылья которого напоминали человеческие руки, будто вырванные из плоти.
А в мастерской, на стене, появилась свежая надпись, будто выцарапанная когтями:
«Изобретения ждут новых жертв».
Эпилог
Венеция, 1842 год. Раскопки в районе Каннареджо.
Археологи, искавшие остатки старых построек, обнаружили в подвале полуразрушенного дома сундук. Он был заперт ржавым замком, но когда его вскрыли, внутри оказались десятки чертежей. Среди них были парашют в форме пирамиды, дельтаплан с подвижными крыльями, вертолёт с воздушным винтом, самодвижущаяся тележка и бронированный фургон, напоминающий черепаху.
Каждый чертёж был помечен теми же зловещими надписями:
«Воздух — не для них»,
«Огонь — их погибель»,
«Металл зовёт души».
Сундук исчез при перевозке — его украли ночью из склада. Все, кто видел чертежи, вскоре погибли при загадочных обстоятельствах: один упал с лестницы, другой утонул в канале, третий скончался от необъяснимой лихорадки.
Современность. Венеция, ночь полнолуния.
Говорят, в лунные ночи над каналами можно разглядеть силуэт человека с крыльями. Он кружит над городом, его тень скользит по крышам, а глаза светятся зелёным огнём. Иногда он опускается к воде, будто ищет что‑то — или кого‑то.
Те, кто видел его, утверждают: это не птица и не человек. Это — тень Леонардо, вечно ищущая новые души для своей коллекции изобретений. И если вы когда‑нибудь найдёте старый чертёж в заброшенной мастерской, помните:
Изобретения ждут...
Н.Чумак
