Судьба не терпит любопытства История основана на реальных событиях Литературная обработка от автора
Поздним майским вечером две студентки — Алёна и Кира — возвращались из фармацевтического колледжа в городке Светлоозёрске. Экзамены позади, в воздухе пахло сиренью, а уличные фонари разливали тёплый янтарный свет. Девушки смеялись, строили планы на лето, не подозревая, что этот вечер разделит их жизни на «до» и «после».
На пересечении Парковой и Зелёной улиц к ним приблизилась пожилая женщина в цветастом платке. Её глаза блестели в полумраке, а пальцы, унизанные перстнями, нервно перебирали край шали.
— Красавицы, дайте погадаю, — голос её звучал тягуче, словно мёд. — Всё про вас узнаю, судьбу открою…
Алёна фыркнула:
— Да ну, бабушка, мы в это не верим!
Но Кира, всегда жаждавшая чудес, с любопытством протянула ладонь:
— Ну давайте, удивите меня.
Цыганка схватила её руку, провела длинными ногтями по линиям, прищурилась, будто разглядывала невидимые письмена.
— Ох, деточка… Вижу двух мужей. Первый — ранний, недолгий. Второй — настоящий, на всю жизнь. И двое детей: мальчик и девочка. Счастливая судьба, богатая… Дом с садом, внуки, долгая жизнь…
Кира захлопала в ладоши:
— Вот это да! Ну, спасибо!
Она достала из кошелька купюру, но гадалка лишь махнула рукой:
— Бери даром, судьба твоя светлая.
Тогда Алёна, уже из чистого любопытства, тоже протянула ладонь:
— А мне что скажете?
Цыганка взглянула на её руку, резко отдёрнула свои пальцы, словно коснулась раскалённого железа. Лицо её потемнело, губы задрожали.
— Тебе… ничего не скажу, — прошептала она, отступая. — Не моё это дело.
И, не дожидаясь ответа, растворилась в сумраке переулка, оставив девушек в недоумении.
— Странная какая‑то, — пожала плечами Алёна. — Ну и ладно, пошли домой.
Они дошли до перекрёстка, где их пути расходились. Кира махнула рукой:
— До завтра, Алёнушка!
— Пока!
Алёна свернула на свою улицу, а Кира направилась к автобусной остановке.
На следующее утро Алёна проснулась от настойчивого звонка. На экране — номер мамы Киры. Сердце сжалось.
— Алёна… — голос женщины дрожал, прерывался рыданиями. — Кирочка… её больше нет…
— Что?.. — Алёна почувствовала, как земля уходит из‑под ног.
— Её сбил грузовик… на том самом перекрёстке, где вы расстались…
В трубке раздались глухие всхлипы. Алёна опустилась на пол, не в силах вымолвить ни слова.
Через неделю она снова прошла тем же маршрутом. На перекрёстке, у края тротуара, кто‑то оставил скромный букет ромашек. Ветер шевелил лепестки, а в воздухе витал едва уловимый запах ладана.
Алёна остановилась, глядя на цветы. И вдруг ей показалось, что в шуме проезжающих машин она слышит тихий, насмешливый голос:
— Тебе… ничего не скажу.
Она резко обернулась, но позади никого не было. Только тени удлинялись, сливаясь в причудливые узоры на асфальте.
С тех пор Алёна избегала этого перекрёстка. Но каждую весну, в один и тот же день, она приносила туда ромашки. И каждый раз, уходя, чувствовала, как чей‑то холодный взгляд провожает её до самого дома.
А по ночам ей снились одни и те же сны: перекрёсток, размытые силуэты, и голос — тот самый, тягучий, как мёд:
— Судьба не терпит любопытства…
