Под счастливой звездой История основана на реальных событиях Литературная обработка от автора
Балтийское море, 1943 год.
Майор Иван Орленко стоял у своего Ил‑4, провожая взглядом уходящую на взлёт очередную машину. Воздух пах солёной водой, гарью и предчувствием боя. Сегодня — очередной вылет на поиск вражеских кораблей.
— Товарищ майор, всё готово, — доложил механик Н. А. Стерликов, вытирая руки ветошью. — Мотор как часы, бензобаки полные, торпеда на месте.
Орленко кивнул, поднялся в кабину. Знакомый запах авиационного керосина, металла и кожи обволок его, как броня. Он проверил приборы, кивнул штурману:
— Поехали.
Самолёт рванул по полосе, оторвался от земли и взял курс на запад. Под крылом — только серое море, свинцовое небо и редкие клочья облаков.
Через два часа штурман передал по переговорному устройству:
— Цель! Конвой, три транспорта, эсминцы прикрытия.
Орленко снизил самолёт до тридцати метров. Вода казалась настолько близкой, что, казалось, можно было коснуться её рукой. Вдалеке уже проступали силуэты кораблей, а в наушниках зазвучал тревожный голос стрелка:
— Зенитки! Огонь!
Воздух взорвался разрывами. Самолёт затрясло. Орленко стиснул штурвал, ведя машину по боевой траектории. Отвернуть нельзя — торпеда должна уйти точно в цель.
— Сброс! — крикнул штурман.
Машина резко взмыла, уходя из‑под огня. В зеркальце Орленко увидел, как торпеда, оставляя белый след, врезается в борт транспорта. Взрыв, столб воды и пламени…
— Есть попадание! — заорал штурман.
Но радоваться было рано. Зенитки продолжали бить. Один из снарядов разорвался рядом с крылом. Самолёт дёрнуло, в кабине запахло гарью.
— Пробитие! — доложил стрелок. — Правый мотор теряет обороты.
Орленко сжал зубы. До своих — сотни километров. Но он вёл машину, лавируя между разрывами, пока вдали не показалась береговая линия.
На аэродроме его встречали как героя. Самолёт, изрешечённый осколками, едва дотянул до полосы. Когда Орленко выбрался из кабины, к нему подошёл Стерликов.
— Ну, товарищ майор, — сказал механик, разглядывая пробоины. — Вам точно под счастливой звездой родиться довелось.
— С чего это? — устало улыбнулся Орленко.
Стерликов указал на дыру в полу кабины — прямо перед сиденьем пилота.
— Осколок зенитного снаряда. Пробил пол, а вас даже не задело. Чудо, да и только.
Орленко посмотрел на рваные края металла, на следы гари, на измученное лицо механика. И вдруг рассмеялся:
— Ну, может, вы и правы. Только давайте без чудес — нам ещё летать.
Механик покачал головой:
— Без чудес, товарищ майор. Но с везением.
В тот вечер в столовой аэродрома пили за победу, за экипаж, за тех, кто вернулся. А Иван Орленко, глядя на звёзды над Балтикой, думал: «Везение? Нет. Просто работа. И люди, которые ждут нас дома».
Н.Чумак
