Парикмахерская для Невидимок Короткий рассказ
В крошечной парикмахерской на углу переулка царила полуденная тишина. За окном лениво кружились жёлтые листья, а внутри пахло лавандовым кондиционером и старым деревом. Аркадий, владелец заведения и единственный мастер, методично протирал инструменты, поглядывая на часы: до конца смены оставалось два часа, а клиентов — ни души.
Ровно в 16:03 дверь скрипнула. Вошёл мужчина в потрёпанном плаще, с лицом, будто вылепленным из серого воска. Не говоря ни слова, он опустился в кресло и тихо произнёс:
— Сделайте меня незаметным.
Аркадий нахмурился:
— Это как? Короткая стрижка? Бородку подровнять?
— Нет. Совсем незаметным. Чтобы меня перестали видеть.
Парикмахер невольно усмехнулся:
— Ну, с такой причёской, как у вас, вы и так почти невидимка.
Клиент поднял глаза — в них не было зрачков, только тусклое серебристое сияние. Аркадий сглотнул, но профессиональная гордость взяла верх:
— Ладно. Попробуем.
Он накинул на плечи незнакомца накидку, взял ножницы… и замер. Отражение мужчины в зеркале исчезло. Остались только очертания, будто тень, наброшенная на кресло.
— Что за…
— Не отвлекайтесь, — прошелестел голос. — Работайте.
Руки Аркадия двигались сами: он стриг, брил, укладывал — но в зеркале по‑прежнему была пустота. Когда он закончил, клиент встал, бросил на стойку старинную монету и направился к выходу.
— Эй! — окликнул парикмахер. — А оплата?
Мужчина обернулся. Его лица уже не было — только ровный овал света.
— Вы уже получили её. Посмотрите в зеркало.
Аркадий бросился к зеркалу — и закричал. Его собственное отражение исчезало: сначала пальцы, потом руки, потом грудь. Через минуту в зеркале осталась лишь пустая комната и ножницы на столе.
В тот же вечер в парикмахерскую зашла женщина. Она долго смотрела на пустующее кресло, потом вздохнула и положила на стол букет сухих цветов. На ленте было написано: «Для того, кто умеет делать людей невидимыми».
А на следующий день в городе появилась новая парикмахерская. В ней работал молчаливый мастер с серебристыми глазами. Он принимал только тех, кто хотел исчезнуть.
И никто не знал, куда они уходили после стрижки.
