Настольные часы в кабинете Детективный роман
Скрипнула дверь, впуская в затхлый воздух кабинета холодный ноябрьский ветер. Инспектор Петров, человек с лицом, высеченным из гранита, и глазами, видевшими слишком много, медленно повернулся. На пороге стоял его давний знакомый, частный детектив Аркадий Вольский. Вольский был полной противоположностью Петрова – худощавый, с вечно взъерошенными волосами и нервным блеском в глазах, он казался воплощением беспокойной мысли.
«Что привело тебя ко мне, Аркадий?» – голос Петрова был низким и хриплым, как будто он только что проглотил горсть песка.
Вольский нервно поправил очки. «Дело, инспектор. Очень странное дело. И, честно говоря, я не знаю, куда еще обратиться».
Петров кивнул, приглашая его сесть. «Рассказывай».
«Моя клиентка – Анна Сергеевна Орлова. Жена известного коллекционера, Виктора Орлова. Он найден мертвым в своем кабинете. На первый взгляд – сердечный приступ. Но…» Вольский сделал паузу, его взгляд стал напряженным. «Но есть одна деталь, которая не дает мне покоя».
«Какая?» – Петров уже чувствовал знакомый привкус загадки.
«Часы, инспектор. Настольные часы в кабинете Орлова. Они остановились. Ровно в 23:17. А по словам Анны Сергеевны, Виктор никогда не позволял часам останавливаться. Он был одержим точностью, даже в мелочах».
Петров нахмурился. «Остановившиеся часы… Это может быть совпадение. Или он просто забыл завести их».
«Нет, инспектор. Анна Сергеевна утверждает, что он заводил их каждое утро. И это не все. В кабинете не было следов борьбы. Все было на своих местах. Но…» Вольский снова запнулся. «Но я нашел под ковром, недалеко от стола, маленький, почти незаметный след. Как будто что-то тяжелое волокли по полу».
Петров поднял бровь. «Волокли? Но если не было борьбы…»
«Вот именно, инспектор. И еще одна вещь. Виктор Орлов был известен своей коллекцией старинных часов. У него были редчайшие экземпляры. Но в его кабинете, кроме этих остановившихся часов, не было ни одной другой. Как будто их… убрали».
Петров задумчиво погладил свою редкую седину. «Итак, у нас есть мертвый коллекционер, остановившиеся часы, которые должны были работать, и пропавшие часы из его коллекции. И след, который намекает на перемещение чего-то тяжелого. Звучит интригующе, Аркадий».
«Интригующе, но и пугающе, инспектор. Анна Сергеевна боится. Она говорит, что Виктор в последнее время был очень обеспокоен. Получал какие-то угрозы, но не говорил, от кого».
Петров встал и подошел к окну, глядя на серый, унылый пейзаж. «Угрозы, пропавшие часы, остановившееся время… Это похоже на старую сказку, Аркадий. Но в нашей сказке есть убийца».
На следующий день Петров и Вольский оказались в кабинете Виктора Орлова. Воздух был все еще пропитан запахом дорогого табака и чего-то неуловимо тревожного. На массивном дубовом столе стояли те самые часы – старинные, с бронзовыми фигурками, но их циферблат застыл на 23:17.
«Посмотри внимательно, Аркадий», – сказал Петров, обводя взглядом комнату. «Что-то здесь не так».
Вольский, как всегда, был в своей стихии. Он приседал, осматривал пол, прикасался к предметам. «След под ковром… Он действительно есть. И он ведет к книжному шкафу».
Они подошли к огромному книжному шкафу, забитому редкими
изданиями. Петров провел рукой по корешкам книг. «Что-то здесь не так, говоришь? Ты прав. Смотри». Он указал на одну из полок. «Здесь явно не хватает одной книги. Место пустое, как будто ее только что вынули».
Вольский прищурился. «И это место как раз напротив того следа, который мы нашли. Значит, что-то тяжелое было перемещено из-за книжного шкафа?»
«Или из-за него было что-то спрятано», – добавил Петров. Он осторожно потянул за одну из книг, стоявших рядом с пустым местом. Ничего. Затем за другую. И вдруг, с тихим щелчком, часть книжного шкафа отодвинулась, открывая узкий проход.
«Секретный ход!» – выдохнул Вольский.
«Похоже на то», – кивнул Петров. «И, судя по всему, именно туда и вел след. И, возможно, именно там находились пропавшие часы».
Они осторожно вошли в темный, пыльный проход. Воздух здесь был еще более затхлым, с отчетливым запахом плесени и чего-то металлического. Проход вел вниз, в небольшое, сырое помещение, напоминающее подвал. В центре комнаты стоял массивный сейф.
«Вот оно», – сказал Петров, его голос эхом отразился от стен. «Но где же часы?»
Вольский внимательно осматривал сейф. «Он открыт. И внутри…» Он замер. «Внутри пусто. Только пыль и паутина».
«Значит, кто-то уже побывал здесь», – заключил Петров. «И забрал то, что искал. Но зачем? Если это были часы, то зачем их прятать в секретном ходе, а потом красть?»
Внезапно Вольского осенило. Он схватил Петрова за рукав. «Инспектор! Часы! Не просто часы! Виктор Орлов был одержим не только точностью, но и историей. Он рассказывал мне однажды о легенде, связанной с одной из его самых редких моделей. Говорил, что эти часы якобы содержат в себе некий секрет, ключ к чему-то очень ценному. Он никогда не уточнял, что именно, но был уверен, что это не просто антиквариат».
Петров задумался. «Значит, кто-то знал об этой легенде. И знал о секретном ходе. И знал, когда Орлов был уязвим». Он посмотрел на свои наручные часы. «23:17… Время, когда остановились те настольные часы. Это время нападения?»
«Или время, когда Орлов сам спрятал то, что искал убийца», – предположил Вольский. «Может быть, он понял, что ему угрожает опасность, и успел спрятать ценность, прежде чем…»
«Прежде чем его убили», – закончил Петров. «Но как? Если он был один в кабинете, и не было следов борьбы…»
«А если он не был один?» – прошептал Вольский. «Если убийца был рядом, и Орлов пытался его обмануть, инсценировав сердечный приступ, пока прятал…»
Петров кивнул. «Это имеет смысл. Убийца, возможно, не знал о секретном ходе. Он думал, что Орлов умер от естественных причин, или что он сам его убил, и ушел, не заметив ничего подозрительного. А потом, когда понял, что что-то упущено, вернулся. И нашел то, что искал».
«Но кто этот убийца?» – спросил Вольский. «Анна Сергеевна? Она казалась такой напуганной».
«Напуганной или играющей?» – задумчиво произнес Петров. «Или кто-то из его окружения? Конкуренты по коллекционированию? Или кто-то, кому он задолжал?»
Они вернулись в кабинет. Петров снова подошел к столу. «Остановившиеся часы… Они не просто остановились. Они были остановлены. И, возможно, именно в этот момент произошло самое главное». Он внимательно осмотрел корпус часов. «Здесь есть царапина. Очень тонкая. Как будто кто-то пытался открыть их».
«Но зачем открывать часы, если они просто остановились?» – недоумевал Вольский.
«А если они не просто остановились?» – сказал Петров. «Если в них что-то было спрятано? И убийца пытался это достать, но не смог. Или смог, но не успел забрать все. И поэтому вернулся позже, когда понял, что упустил».
Внезапно Вольский заметил что-то на полу, у ножки стола. Маленький, блестящий предмет. Он поднял его. Это была крошечная, почти незаметная шестеренка.
«Это из часов», – сказал он. «Но не из этих настольных. Они слишком массивные для такой мелкой детали».
Петров взял шестеренку и внимательно рассмотрел ее
«Это из часов, – сказал он, – но не из этих настольных. Они слишком массивные для такой мелкой детали».
Петров взял шестеренку и внимательно рассмотрел ее. «Ты прав, Аркадий. Это деталь от карманных часов. Очень тонкая работа. И, судя по всему, от очень старинных». Он посмотрел на Вольского. «А что насчет коллекции Орлова? Ты говорил, у него были редчайшие экземпляры. Были ли среди них карманные часы?»
«Были, инспектор. Несколько. Он очень гордился ими. Но я не помню, чтобы он упоминал о какой-то особенной легенде, связанной именно с карманными часами. Только о тех, что были в кабинете, и которые, как он говорил, были ключом к чему-то».
«Но если убийца пытался достать что-то из настольных часов, и не смог, а потом вернулся, чтобы забрать это из сейфа… Значит, он знал, что там что-то есть. И, возможно, он знал, что именно там спрятано. А шестеренка…» Петров задумчиво покрутил ее между пальцами. «Шестеренка могла выпасть, когда он пытался открыть часы. Или когда он прятал что-то в другом месте. Или когда он боролся с Орловым, если борьба все-таки была, но очень короткая и незаметная».
«Но если он боролся, почему не было следов?» – возразил Вольский.
«Возможно, борьба была не физической. Возможно, это был спор. Или угрозы. А потом Орлов, испугавшись, решил спрятать то, что было в часах. И в этот момент убийца нанес удар. А потом, когда понял, что упустил самое главное, вернулся и забрал это из сейфа».
Петров снова подошел к столу. «Остановившиеся часы… 23:17. Это время, когда Орлов был убит. Или когда он спрятал то, что искал убийца. А что, если…» Он наклонился и внимательно осмотрел основание настольных часов. «Здесь есть небольшой зазор. Как будто что-то было вставлено и вытащено».
Вольский присел рядом. «Вы правы, инспектор. И этот зазор… он идеально подходит для размера этой шестеренки».
«Значит, шестеренка не выпала случайно», – заключил Петров. «Она была частью чего-то, что было спрятано в настольных часах. И убийца пытался это достать. Но не смог. Или смог, но не полностью. И поэтому вернулся за остальным».
«Но если он не смог достать все из настольных часов, то что он искал в сейфе?» – спросил Вольский.
«Возможно, то, что было спрятано в настольных часах, было лишь частью чего-то большего. Или ключом к тому, что хранилось в сейфе. А легенда о часах Орлова… Может быть, она была не о самих часах, а о том, что они открывают».
Петров поднял взгляд на Вольского. «Аркадий, ты говорил, что Орлов получал угрозы. Ты знаешь, от кого они могли исходить?»
«Он не говорил, инспектор. Только намекал, что это кто-то из его круга. Кто-то, кто знал о его коллекции и о его увлечениях».
«И кто-то, кто знал о секретном ходе», – добавил Петров. «И кто-кто знал о секретном ходе», – добавил Петров. «И кто-то, кто знал о легенде, связанной с часами. Это сужает круг подозреваемых, но все еще слишком широк».
Они вернулись к книжному шкафу. Петров провел рукой по пустому месту на полке. «Если убийца знал о секретном ходе, он мог знать и о том, что в этом шкафу есть тайник. И, возможно, он пытался найти его, когда Орлов был еще жив. Или когда он уже был мертв, но убийца еще не знал, что именно он искал».
«Но если он знал, что искал, зачем ему было пытаться открыть настольные часы?» – недоумевал Вольский.
«Потому что он не был уверен, где именно находится то, что ему нужно», – предположил Петров. «Возможно, он знал, что ценность связана с часами Орлова, но не знал, в каких именно. И он начал с самых очевидных – настольных часов в кабинете. А когда не смог, решил проверить сейф, где, как он предполагал, могло храниться что-то более существенное».
Петров снова посмотрел на остановившиеся часы. «23:17. Это время, когда Орлов был убит. Или когда он спрятал то, что искал убийца. А что, если…» Он наклонился и внимательно осмотрел основание настольных часов. «Здесь есть небольшой зазор. Как будто что-то было вставлено и вытащено».
Вольский присел рядом. «Вы правы, инспектор. И этот зазор… он идеально подходит для размера этой шестеренки».
«Значит, шестеренка не выпала случайно», – заключил Петров. «Она была частью чего-то, что было спрятано в настольных часах. И убийца пытался это достать. Но не смог. Или смог, но не полностью. И поэтому вернулся за остальным».
«Но если он не смог достать все из настольных часов, то что он искал в сейфе?» – спросил Вольский.
«Возможно, то, что было спрятано в настольных часах, было лишь частью чего-то большего. Или ключом к тому, что хранилось в сейфе. А легенда о часах Орлова… Может быть, она была не о самих часах, а о том, что они открывают».
Петров поднял взгляд на Вольского. «Аркадий, ты говорил, что Орлов получал угрозы. Ты знаешь, от кого они могли исходить?»
«Он не говорил, инспектор. Только намекал, что это кто-то из его круга. Кто-то, кто знал о его коллекции и о его увлечениях».
«И кто-то, кто знал о секретном ходе», – добавил Петров. «И кто-то, кто знал о легенде. Это сужает круг подозреваемых, но все еще слишком широк».
Они вернулись к книжному шкафу. Петров провел рукой по пустому месту на полке. «Если убийца знал о секретном ходе, он мог знать и о том, что в этом шкафу есть тайник. И, возможно, он пытался найти его, когда Орлов был еще жив. Или когда он уже был мертв, но убийца еще не знал, что именно он искал».
«Но если он знал, что искал, зачем ему было пытаться открыть настольные часы?» – недоумевал Вольский.
«Потому что он не был уверен, где именно находится то, что ему нужно», – предположил Петров. «Возможно, он знал, что ценность связана с часами Орлова, но не знал, в каких именно. И он начал с самых очевидных – настольных часов в кабинете. А когда не смог, решил проверить сейф, где, как он предполагал, могло храниться что-то более существенное».
Петров снова посмотрел на остановившиеся часы. «23:17. Это время, когда Орлов был убит. Или когда он спрятал то, что искал убийца. А что, если…» Он наклонился и внимательно осмотрел основание настольных часов. «Здесь есть небольшой зазор. Как будто что-то было вставлено и вытащено».
Вольский присел рядом. «Вы правы, инспектор. И этот зазор… он идеально подходит для размера этой шестеренки».
«Значит, шестеренка не выпала случайно», – заключил Петров. «Она была частью чего-то, что было спрятано в настольных часах. И убийца пытался это достать. Но не смог. Или смог, но не полностью. И поэтому вернулся за остальным».
«Но если он не смог достать все из настольных часов, то что он искал в сейфе?» – спросил Вольский.
«Возможно, то, что было спрятано в настольных часах, было лишь частью чего-то большего. Или ключом к тому, что хранилось в сейфе. А легенда
о часах Орлова… Может быть, она была не о самих часах, а о том, что они открывают».
Петров поднял взгляд на Вольского. «Аркадий, ты говорил, что Орлов получал угрозы. Ты знаешь, от кого они могли исходить?»
«Он не говорил, инспектор. Только намекал, что это кто-то из его круга. Кто-то, кто знал о его коллекции и о его увлечениях».
«И кто-то, кто знал о секретном ходе», – добавил Петров. «И кто-то, кто знал о легенде. Это сужает круг подозреваемых, но все еще слишком широк».
Они вернулись к книжному шкафу. Петров провел рукой по пустому месту на полке. «Если убийца знал о секретном ходе, он мог знать и о том, что в этом шкафу есть тайник. И, возможно, он пытался найти его, когда Орлов был еще жив. Или когда он уже был мертв, но убийца еще не знал, что именно он искал».
«Но если он знал, что искал, зачем ему было пытаться открыть настольные часы?» – недоумевал Вольский.
«Потому что он не был уверен, где именно находится то, что ему нужно», – предположил Петров. «Возможно, он знал, что ценность связана с часами Орлова, но не знал, в каких именно. И он начал с самых очевидных – настольных часов в кабинете. А когда не смог, решил проверить сейф, где, как он предполагал, могло храниться что-то более существенное».
Петров снова посмотрел на остановившиеся часы. «23:17. Это время, когда Орлов был убит. Или когда он спрятал то, что искал убийца. А что, если…» Он наклонился и внимательно осмотрел основание настольных часов. «Здесь есть небольшой зазор. Как будто что-то было вставлено и вытащено».
Вольский присел рядом. «Вы правы, инспектор. И этот зазор… он идеально подходит для размера этой шестеренки».
«Значит, шестеренка не выпала случайно», – заключил Петров. «Она была частью чего-то, что было спрятано в настольных часах. И убийца пытался это достать. Но не смог. Или смог, но не полностью. И поэтому вернулся за остальным».
«Но если он не смог достать все из настольных часов, то что он искал в сейфе?» – спросил Вольский.
«Возможно, то, что было спрятано в настольных часах, было лишь частью чего-то большего. Или ключом к тому, что хранилось в сейфе. А легенда о часах Орлова… Может быть, она была не о самих часах, а о том, что они открывают».
Петров поднял взгляд на Вольского. «Аркадий, ты говорил, что Орлов получал угрозы. Ты знаешь, от кого они могли исходить?»
«Он не говорил, инспектор. Только намекал, что это кто-то из его круга. Кто-то, кто знал о его коллекции и о его увлечениях».
«И кто-то, кто знал о секретном ходе», – добавил Петров. «И кто-то, кто знал о легенде. Это сужает круг подозреваемых, но все еще слишком широк».
Они вернулись к книжному шкафу. Петров провел рукой по пустому месту на полке
«Если убийца знал о секретном ходе, он мог знать и о том, что в этом шкафу есть тайник. И, возможно, он пытался найти его, когда Орлов был еще жив. Или когда он уже был мертв, но убийца еще не знал, что именно он искал».
«Но если он знал, что искал, зачем ему было пытаться открыть настольные часы?» – недоумевал Вольский.
«Потому что он не был уверен, где именно находится то, что ему нужно», – предположил Петров. «Возможно, он знал, что ценность связана с часами Орлова, но не знал, в каких именно. И он начал с самых очевидных – настольных часов в кабинете. А когда не смог, решил проверить сейф, где, как он предполагал, могло храниться что-то более существенное».
Петров снова посмотрел на остановившиеся часы. «23:17. Это время, когда Орлов был убит. Или когда он спрятал то, что искал убийца. А что, если…» Он наклонился и внимательно осмотрел основание настольных часов. «Здесь есть небольшой зазор. Как будто что-то было вставлено и вытащено».
Вольский присел рядом. «Вы правы, инспектор. И этот зазор… он идеально подходит для размера этой шестеренки».
«Значит, шестеренка не выпала случайно», – заключил Петров. «Она была частью чего-то, что было спрятано в настольных часах. И убийца пытался это достать. Но не смог. Или смог, но не полностью. И поэтому вернулся за остальным».
«Но если он не смог достать все из настольных часов, то что он искал в сейфе?» – спросил Вольский.
«Возможно, то, что было спрятано в настольных часах, было лишь частью чего-то большего. Или ключом к тому, что хранилось в сейфе. А легенда о часах Орлова… Может быть, она была не о самих часах, а о том, что они открывают».
Петров поднял взгляд на Вольского. «Аркадий, ты говорил, что Орлов получал угрозы. Ты знаешь, от кого они могли исходить?»
«Он не говорил, инспектор. Только намекал, что это кто-то из его круга. Кто-то, кто знал о его коллекции и о его увлечениях».
«И кто-то, кто знал о секретном ходе», – добавил Петров. «И кто-то, кто знал о легенде. Это сужает круг подозреваемых, но все еще слишком широк».
Они вернулись к книжному шкафу. Петров провел рукой по пустому месту на полке. «Если убийца знал о секретном ходе, он мог знать и о том, что в этом шкафу есть тайник. И, возможно, он пытался найти его, когда Орлов был еще жив. Или когда он уже был мертв, но убийца еще не знал, что именно он искал».
«Но если он знал, что искал, зачем ему было пытаться открыть настольные часы?» – недоумевал Вольский.
«Потому что он не был уверен, где именно находится то, что ему нужно», – предположил Петров. «Возможно, он знал, что ценность связана с часами Орлова, но не знал, в каких именно. И он начал с самых очевидных – настольных часов в кабинете. А когда не смог, решил проверить сейф, где, как он предполагал, могло храниться что-то более существенное».
Петров снова посмотрел на остановившиеся часы. «23:17. Это время, когда Орлов был убит. Или когда он спрятал то, что искал убийца. А что, если…» Он наклонился и внимательно осмотрел основание настольных часов. «Здесь есть небольшой зазор. Как будто что-то было вставлено и вытащено».
Вольский присел рядом. «Вы правы, инспектор. И этот зазор… он идеально подходит для размера этой шестеренки».
«Значит, шестеренка не выпала случайно», – заключил Петров. «Она была частью чего-то, что было спрятано в настольных часах. И убийца пытался это достать. Но не смог. Или смог, но не полностью. И поэтому вернулся за остальным».
«Но если он не смог достать все из настольных часов, то что он искал в сейфе?» – спросил Вольский.
«Возможно, то, что было спрятано в настольных часах, было лишь частью чего-то большего. Или ключом к тому, что хранилось в сейфе. А легенда о часах Орлова… Может быть, она была не о самих часах, а о том, что они открывают».
Петров, изучив шестеренку и зазор в часах, понял: убийца искал не сами часы, а нечто спрятанное в них, и это было лишь частью более крупной тайны. Легенда о часах Орлова оказалась ключом к разгадке. Внезапно инспектор вспомнил о давнем партнере Орлова по коллекционированию, который был одержим поиском древнего артефакта, и понял, что угрозы исходили именно от него. Убийца, не найдя всего в настольных часах, забрал из сейфа лишь часть, а теперь, зная, что его раскрыли, попытается скрыться. Петров и Вольский бросились в погоню, чтобы остановить его и вернуть украденное…
Н.Чумак
