Лечебный рацион с Мясным бульоном
В провинциальный городок Велегорск, затерянный среди хмурых лесов, Лика приехала с горящими глазами — начинающая врач, полная идеализма и веры в спасение жизней. Её наставником стал доктор Герман Аркадьевич — мужчина с безупречной репутацией, спокойными серыми глазами и всегда идеально выглаженным халатом.
Городская больница № 7 поражала показателями: рекордно низкая смертность, пациенты восстанавливались после тяжелейших операций за считанные дни. А ещё… здесь удивительно вкусно пахло из столовой — нежным мясным бульоном, от которого у Лики каждый раз пробуждался аппетит.
Первое сомнение
Через неделю Лике поручили вести историю болезни пациента с терминальной стадией почечной недостаточности. Шансов не было — донор не найден. Но спустя двое суток мужчина уже лежал в общей палате. В графе «лечение» стояла лаконичная запись доктора: «Трансплантация. Донорский материал получен».
— Откуда донор? — спросила Лика у старшей медсестры Раисы Петровны, женщины с усталыми, но добрыми глазами.
— Скорая привезла, неопознанный, — отмахнулась та, избегая взгляда. — Не забивай голову.
Второй тревожный звоночек
В столовой Лика похвалила нежнейший паштет. Повар — коренастый мужчина с грубыми руками — криво усмехнулся:
— Секретный рецепт. Своя мясная база.
Лика не придала значения, пока случайно не зашла в подсобное помещение за анализами. Там повар выгружал из промышленного рефрижератора — слишком похожего на морг — бледные тушки без упаковки. На одной из них она заметила синюшную татуировку в виде паука. Точно такую же Лика видела на руке того самого «неопознанного» донора.
У неё подкосились ноги. Дрожа, она бросилась к доктору Герману Аркадьевичу.
— Вы должны объяснить… — начала она, пытаясь унять дрожь в голосе.
Доктор выслушал, улыбка медленно сползла с его лица. Он закрыл дверь кабинета на ключ.
— Лика, ты талантлива. У тебя выбор: стать частью самой эффективной медицинской системы страны или… её расходным материалом.
Он объяснил всё холодно, будто читал лекцию.
«Мясная база» — это неопознанные трупы, бездомные, одиночки, которых никто не ищет. Их не хоронят — используют «рационально». Лучшие органы — богатым клиентам за огромные деньги. Остальное… идёт на питание.
— Белок высочайшего качества, — говорил доктор. — Лучший строительный материал для пациентов и персонала. Мы не болеем. Мы сильные. Мы продлеваем жизнь одним и даём шанс другим. Это высшая форма медицинского альтруизма.
Весь персонал был в курсе. Уйти живым из этой системы нельзя. Только в одном качестве — либо потребителя, либо продукта.
Лика едва не потеряла сознание. Раиса Петровна принесла ей воды.
— Я тоже так реагировала сначала, — тихо сказала медсестра. — Но потом понимаешь: здесь нет бедных и богатых. Есть сильные и слабые. Мы даём жизнь ценой другой жизни. Это закон природы, просто мы убрали лишнюю шелуху.
Ночь откровений
Лика не спала. Она слышала, как по коридору катят тележку с туго натянутой простынёй. Видела, как сияющий мужчина в дорогом костюме благодарил доктора за «второе рождение». Чувствовала сладковато‑приторный запах бульона, от которого теперь мутило.
Она решила бежать. Глубокой ночью прокралась к выходу, но на посту охраны её остановил повар.
— Доктор просил передать. Ты забыла свой контейнер. Завтра дежурство.
Он протянул ей тот самый паштет. Рука Лики дрогнула — контейнер упал, содержимое растеклось по полу.
Из‑за спины охранника вышел доктор Герман Аркадьевич.
— Жаль. Очень жаль. У тебя были отличные данные, — в его глазах не было злобы, лишь холодное разочарование. — Отведите её в двенадцатую палату. У «благотворительного» фонда как раз заявка на сердце и почки. Молодые, здоровые органы. Большая редкость.
Её повели по стерильным, ярко освещённым коридорам. Мимо палат, где пациенты мирно спали, наевшись «лечебного» рациона. Лика не кричала. Она уже понимала: её крик никого здесь не встревожит.
Это была не больница. Это был самый страшный на свете ресторан и ферма одновременно. И она только что перешла из раздела «гостей» в раздел «меню».
Эпилог
На следующее утро в столовой пахнуло особенно аппетитно. Доктор Герман Аркадьевич, улыбаясь, раздавал персоналу порции паштета.
— Новый рецепт, — сказал он. — Особенно питательный.
