Колодец посёлка Чёрные Ручьи Реальная история из жизни
В затерянном среди лесов посёлке Чёрные Ручьи семья моих родственников — дядя Глеб и тётя Лариса — обрела свой уголок тишины. Старый дом с просторным двором и древним колодцем‑журавлём стал их убежищем от городской суеты.
Колодец поражал с первого взгляда: вода в нём оставалась ледяной даже в разгар лета, а вкус её напоминал горный родник. Но была в нём и странность — почерневший от времени сруб, на одной из балок которого виднелся загадочный резной знак: то ли солнце с изогнутыми лучами, то ли паук с растопыренными лапками.
Знакомство с местной жительницей, старушкой Варварой, началось с традиционного пирога. Но её первый вопрос прозвучал неожиданно резко:
— Колодцем пользоваться будете?
Тётя Лариса, восхищённая чистотой воды, уверенно ответила:
— Конечно! Такая вода — настоящее сокровище!
Старушка медленно покачала головой:
— Вода‑то чистая. Да только запомните: после заката ведро в колодец не опускать. Не потому, что темно — потому что ночью он… свой.
Дядя Глеб лишь усмехнулся:
— Деревенские поверья.
Первые месяцы всё шло благополучно. Но однажды тётя Лариса, страдавшая бессонницей, выглянула в окно кухни посреди ночи. Лунный свет заливал двор холодным сиянием. И тут её сердце сжалось: рычаг журавля медленно опускался, будто невидимая рука тянула ведро вниз. Затем так же плавно поднимался. И снова. И снова.
Дрожащими руками она разбудила мужа. Вместе они наблюдали за этой зловещей пляской тени. Никого вокруг не было.
Утром колодец выглядел иначе: вода помутнела, словно её взболтали. У сруба обнаружился странный отпечаток — не след ноги, а будто кто‑то приложил ко дну ведра мокрый круглый предмет.
После этого случая колодец избегали после заката. Но зимой случилась непредвиденная ситуация: дядя задержался с уборкой снега, и стемнело раньше обычного. Нужно было наполнить лейку для полива.
— Чего бояться? — пробормотал он, направляясь к колодцу.
Спустил ведро, заскрипел журавль. Вытащил — вода как вода. Уже на полпути к дому услышал громкий плюх, будто кто‑то швырнул в колодец огромный камень. Обернулся — пусто. Заглянул в чёрную пасть сруба — лишь звёзды отражались в глубине.
С тех пор дядя перестал шутить о суевериях. А тётя заметила странное поведение их пса — овчарки по кличке Гром. Собака отказывалась подходить к колодцу ближе чем на пять метров. Шерсть на холке вставала дыбом, она рычала в пустоту и пятилась.
Весной началось нечто пугающее. По ночам журавль не просто качался — из колодца доносились звуки. Не всплески, а ритмичные постукивания: тук… тук… тук. С долгими паузами. Словно кто‑то внизу методично стучал кольцом от ведра по дереву.
Однажды в дождливую ночь тётя услышала новое: влажное, тяжёлое шуршание. Как будто вытаскивали из воды огромный мокрый клубок верёвок… или волос.
Решили проверить воду. Приехали специалисты, взяли пробы. Результат ошеломил: вода оказалась идеальной, чище, чем в соседних посёлках.
Тогда дядя нанял рабочих опустить в колодец подводную камеру. В яркий солнечный день мужики опустили устройство, болтая о своём. Вдруг замолчали. Один резко дёрнулся к лебёдке.
— Что? — спросил дядя.
— Камера загрязнилась, — буркнул рабочий, быстро выматывая трос.
Но дядя успел мельком увидеть экран. На долю секунды перед помехами он разглядел бледное, размытое пятно, уходящее в глубину. И на нём — два тёмных, неподвижных овала, расположенных рядом. Как глаза. Смотрели прямо в объектив.
В тот же день заказали бетонную крышку. Колодец запечатали наглухо. Провели воду из скважины. Старушка Варвара, узнав об этом, лишь вздохнула:
— Правильно. Напоили — и хватит. А то привяжется.
Сейчас дядя и тётя всё ещё живут в том доме. Колодец стоит, укрытый тяжёлой серой плитой. И, говорят, в тихие безветренные ночи, если приложить ухо к бетону, можно услышать, как далеко‑далеко внизу что‑то мягко и настойчиво скребётся о старый дубовый сруб.
А недавно тётя Лариса поделилась жуткой деталью: по утрам на бетонной плите появляются капли. Не росы — будто кто‑то плачет под бетоном. И иногда, в полной тишине, можно уловить едва различимый шёпот, доносящийся из‑под земли.
