Дух Железнодорожного Перегона
В тот промозглый ноябрьский вечер Артём спускался в метро с единственной мыслью — поскорее добраться домой. Переполненный вагон «серой» линии катился сквозь тьму туннелей, а за окнами мелькали редкие огни коммуникаций. Артём уткнулся в телефон, пытаясь отвлечься от монотонного гула поезда.
Вдруг он почувствовал — кто‑то смотрит…
Подняв глаза, он замер. Напротив сидел человек в длинном тёмно‑зелёном плаще. Лицо скрывал низко надвинутый капюшон, но Артём отчётливо ощущал взгляд — холодный, пронизывающий до костей.
— «Почему никто его не замечает?» — пронеслось в голове.
Вокруг сидели люди: кто‑то дремал, кто‑то листал ленту в смартфоне. Никто даже не косился на странного пассажира.
Артём попытался отвернуться, но не смог. Взгляд незнакомца будто пригвоздил его к месту. В груди заколотилось сердце, дыхание стало прерывистым.
— «Это просто усталость… галлюцинация…» — пытался убедить себя Артём.
И тут поезд резко затормозил. Лампы мигнули и погасли. Вагон погрузился в кромешную тьму.
Тишина.
Только где‑то вдали — скрип.
Тот самый звук, от которого кровь стынет в жилах: будто кто‑то медленно водит металлическим остриём по рельсу.
Артём хотел закричать, но голос пропал. Он почувствовал, как холодная рука схватила его за воротник, рванула вперёд. Капюшон сдвинулся, и Артём увидел лицо — бледное, без губ, с чёрными провалами глаз.
— Н‑не надо… — прошептал он, но звук утонул в новом скрежете.
Незнакомец поднял руку. В тусклом свете аварийного диода блеснуло длинное, изогнутое лезвие, похожее на коготь.
Первый разрез.
Острая боль пронзила шею. Артём попытался вырваться, но хватка была железной. Второй разрез. Третий. Кровь тёкла по воротнику, капала на колени.
А потом — тишина.
Свет вспыхнул. Поезд тронулся.
Артём обессиленно рухнул на сиденье. Напротив — никого. Будто и не было.
Доехав до своей станции, он дрожащими руками достал зеркальце из сумки. На шее — три глубокие царапины, уже запекшиеся, но всё ещё кровоточащие.
Дома он позвонил другу:
— Лёш, ты должен приехать… Я… я видел…
— Что видел? — в голосе друга — тревога.
— Духа перегонов. Он… он оставил метку.
Лёша приехал через час. Увидев раны, побледнел.
— Ты знаешь, что это значит? — прошептал он. — Он вернётся. Они всегда возвращаются за теми, кого отметили.
— Но почему я?! — Артём сжал кулаки. — Я же ничего плохого не сделал!
— Им не нужны причины. Им нужна кровь.
Следующие три ночи Артём не спал. Он зашторивал окна, включал свет во всех комнатах, слушал радио на полную громкость. Но каждый раз, закрывая глаза, слышал тот самый скрип — будто кто‑то проводит когтем по металлу.
На четвёртую ночь он сдался. Упал в тяжёлый сон.
Проснулся от холода.
В комнате — тень.
Тот же плащ. Тот же капюшон.
— Нет… — простонал Артём, пытаясь встать, но тело не слушалось.
Фигура приблизилась. Рука с длинными, острыми ногтями потянулась к его шее.
— Теперь ты мой, — прошелестел голос, похожий на скрежет рельсов.
Утром соседи вызвали полицию. Дверь в квартиру была заперта изнутри. Окна — закрыты.
Но Артёма нигде не нашли.
Лишь на подушке — три кровавые полосы.
И слабый запах озона, будто после короткого замыкания.
Эпилог
Через месяц Лёша, не выдержав, спустился в то самое метро. Он сел в вагон, где всё произошло.
Напротив — человек в тёмно‑зелёном плаще.
Капюшон медленно приподнялся.
И Лёша увидел свои глаза.
Теперь он тоже был частью перегонов…
