Читать рассказ «Тени Элдрингема: хроники Чёрной смерти» Основано на реальных событиях эпидемии чумы в Англии XIV века
Пролог. Груз с континента 1348 год, порт Саутгемптон
Туман окутал порт, словно саван. Корабль «Святая Маргарет» медленно входил в гавань после долгого плавания из Кале. На палубе царила гнетущая тишина — лишь скрип мачт и плеск волн нарушали её. Капитан Ральф Хоквуд, бледный и осунувшийся, смотрел на берег. Трое матросов умерли в пути, ещё пятеро лежали в трюме с лихорадкой и чёрными бубонами.
— Заколотить их в ящики и бросить за борт, — хрипло приказал он старпому. — Никто не должен знать.
На берегу их уже ждали: группа монахов в чёрных рясах стояла у кромки воды, неподвижная, словно изваяния. Один из них поднял руку — не в благословении, а будто отмечая корабль зловещим знаком.
В тот же вечер в портовой таверне Ральф напился до беспамятства. Ему снились странные сны: чёрный корабль без парусов, скользящий по реке, фигуры в капюшонах на берегу и голос, шепчущий на незнакомом языке.
Наутро капитан не помнил снов, но странное ощущение тревоги осталось. Он не знал, что в трюме, среди тюков шерсти и бочек с вином, притаилась смерть — в виде нескольких крыс с блестящими красными глазами.
А в трёх милях от порта, в деревушке Элдрингем, сестра Агнесса проснулась от кошмара: ей снилось, что туман, окутавший поля, стал чёрным и начал ползти к домам, обволакивая их, словно саваном…
Глава 1. Первые признаки
Сестра Агнесса, монахиня местного монастыря, заметила неладное на третий день после прибытия торговца из Саутгемптона. Сначала заболел сам купец — его тело покрылось чёрными пятнами, а кашель напоминал хрип умирающего зверя. Через неделю симптомы появились у его соседей.
Отец Томас, деревенский священник, велел звонить в колокол трижды в день, чтобы отпугнуть злых духов. Но колокол молчал уже два дня — звонарь умер ночью, а никто не решался подняться на колокольню.
Агнесса помогала ухаживать за больными в монастырской лечебнице. Запах тлена и гнили пропитал стены, а крики умирающих не затихали ни днём, ни ночью.
Однажды вечером к ней пришёл Уильям, деревенский кузнец. Он нёс на руках свою дочь, семилетнюю Марту. Глаза девочки были широко раскрыты, в них застыл ужас.
— Она не спит уже три ночи, — хрипло прошептал Уильям. — Говорит, что видит «тёмных людей» у своей кровати. Они зовут её пойти с ними.
Агнесса вздрогнула. Накануне ей тоже снились тени — высокие, худые фигуры, скользящие по улицам деревни.
Глава 2. Видения и ритуалы
Агнесса отвела Марту в часовню. Когда они вошли, свечи замигали, будто от сквозняка, хотя все двери были закрыты. Девочка закричала — пронзительно, не по‑детски. Её голос эхом отразился от каменных стен, и в этом эхе Агнесса услышала смех.
Она подняла крест и начала читать молитву, но слова застревали в горле. Тени у дальней стены замерли, затем медленно, издевательски поклонились и растаяли в воздухе.
Марта обмякла. Агнесса склонилась над ней и поняла, что девочка мертва. На шее остались следы — четыре тёмных отпечатка пальцев, будто кто‑то душил её не руками, а чем‑то иным.
Той же ночью Агнессе приснился сон: огромный чёрный корабль, плывущий по реке Стикс. На палубе стояли фигуры в капюшонах, а вместо вёсел — кости. Корабль причалил к берегу, и тени с него потянулись к Элдрингему.
Утром в деревне нашли ещё пять тел. На дверях домов появились странные знаки — чёрные линии, выведенные чем‑то липким и тёмным.
Жители начали шептаться о проклятии. Некоторые предлагали сжечь дома с отметинами, другие — принести жертву, чтобы умилостивить неведомую силу.
Агнесса решила провести обряд очищения. В полночь она зажгла свечи вокруг деревни и начала читать молитвы. Но чем громче звучали слова, тем гуще становился туман. Из него доносились шёпоты, стоны и смех — тот самый, что она слышала в часовне.
Когда рассвело, свечи были опрокинуты, а на земле остались следы — длинные, тонкие, будто от чьих‑то костлявых пальцев.
Глава 3. Исчезновение
К концу недели в Элдрингеме не осталось ни одного живого человека. Дома стояли распахнутыми, на столах — недоеденная еда, во дворах — брошенные инструменты. Но нигде не было ни тел, ни следов борьбы.
Только пепел на порогах домов и следы — длинные, тонкие — на дверях всех домов.
Сестра Агнесса исчезла последней. Её видели у колодца незадолго до заката — она смотрела на запад, где небо стало багровым, будто залитым кровью. В руках она сжимала крест, но на лице читался не страх, а странное спокойствие.
Той ночью колокол на колокольне, где никто не звонил уже неделю, вдруг зазвучал.
Один удар.
Второй.
Третий.
И тишина.
На следующее утро в деревню вошёл странник. Он остановился у колодца, посмотрел на следы у дверей домов и перекрестился. Затем развернулся и пошёл прочь, бормоча:
— Да защитит нас Господь от того, что здесь случилось…
Эпилог. Молчание о проклятом месте
Спустя год
Брат Майкл из аббатства Святого Варфоломея шёл по дороге, ведущей к Элдрингему. Он нёс письмо от епископа — проверить, осталась ли в деревне хоть одна живая душа.
Ещё издалека он почувствовал запах. Не просто смрад разложения — в нём было что‑то ещё, кислое и металлическое, будто сама земля пропитывалась злом.
Элдрингем выглядел так, словно его покинули в спешке. Двери домов были распахнуты, на столах стояли недоеденные трапезы, во дворе одной из изб лежал опрокинутый детский стульчик. Но нигде не было ни одного тела.
Майкл перекрестился и вошёл в церковь. Алтарь был цел, свечи стояли на своих местах, но на полу, прямо перед распятием, он увидел следы.
Не человеческие.
Отпечатки длинных, тонких пальцев, будто кто‑то провёл ими по каменным плитам, оставляя бороздки. Следы вели от алтаря к выходу, а затем терялись в тумане, который, казалось, никогда не рассеивался над этой деревней.
Брат Майкл положил письмо на скамью рядом с крестом сестры Агнессы — тем самым деревянным крестом, который она сжимала в руках в последнюю ночь. Затем он повернулся и пошёл прочь, стараясь не оглядываться.
За его спиной в тишине раздался звук.
Один удар колокола.
Второй.
Третий.
Он прибавил шагу.
Позже, докладывая епископу, брат Майкл скажет, что Элдрингем пуст. Что, видимо, все жители бежали, спасаясь от чумы, бросив дома и имущество. Он не станет упоминать следы на полу церкви. Не расскажет о кресте Агнессы, который нашёл не в её келье, а у алтаря. И уж точно не произнесёт вслух мысль, что преследовала его всю дорогу обратно:
Может быть, они не бежали. Может быть, их забрали.
Епископ прикажет объявить Элдрингем проклятым местом и запретит кому‑либо приближаться к нему. Со временем дорога зарастёт, а сама деревня исчезнет с карт. Но в окрестных деревнях ещё долго будут рассказывать истории о тумане, который иногда по утрам ползёт с востока, и о звуке колокола, раздающемся в безветренную ночь…
