Боксёрша Света
Да, она была достаточно сильная. Сильнее меня – это точно! Правда, на мне это никак не отражалось. Разве что, по вечерним улицам было спокойнее ходить. Света, так звали мою боксершу, даже в каких-то соревнованиях выигрывала. То есть не только на секцию бокса ходила, но и вносила в развитие этого самого бокса весьма ощутимый вклад. Характер у неё был достаточно спокойный. Наверное, потому что она всю негативную энергию выплескивала на тренировках. Ну и, если честно, то я старался её не злить – мало ли что…
Но, как и многие другие отношения, эти отношения тоже начали потихоньку завершаться. Если быть точнее, то я встретил другую девушку, которая мне понравилась даже больше, чем та, с которой встречался сейчас. И мы с ней тоже начали встречаться. Естественно, так дальше продолжаться не могло, и мне надо было как-то намекнуть боксёрше, что нам пора расстаться.
А вот как намекнуть? Я же не знал, как она среагирует? Вдруг переживать будет, расстроится? А потом я расстроюсь… С другом, Димой, решил посоветоваться, как быть. Он в таких делах, можно сказать, профессионал. Мы сидели на лавочке возле моего дома на улице Ленина, где я жил в городе Омске, и Дима, потягивая лимонад, изрёк:
– Ты лучше не тяни. Сразу приди и скажи всё, как есть.
Я, нервно теребя край своей футболки, спросил:
– А может лучше в ресторан сперва сводить, подготовить её как-нибудь к этому?
Дима, закатив глаза, отрезал:
– Нет! Ни в коем случае. Встретил, подошел, сказал, ушёл. И всё! Понял?
Я, сглотнув, пробормотал:
– Ну, понял, наверное…
И пока мы стояли и обсуждали мои дальнейшие действия, к нам подошла моя девушка. Та самая, которая бокс любит. Света. Она была в спортивном костюме, с полотенцем на шее и слегка покрасневшим лицом – явно только что с тренировки.
Дима, заметив её, кивнул мне, типа, «говори быстрее».
Ну я и начал говорить, чувствуя, как потеют ладони:
– Света, мне надо кое-что тебе сказать…
Света, улыбнувшись, перебила меня:
– Да? Отличная идея. Давай тогда сегодня вечером. А то я только с тренировки, надо пойти переодеться и в порядок себя привести.
Я, опешив от такого поворота, выдавил:
– Ну, можно и вечером.
Она, уже разворачиваясь в сторону дома, спросила:
– Где?
Я, не придумав ничего лучше, ляпнул:
– Ну, давай, наверное, в ресторане.
Она, радостно воскликнув:
– Отлично!
И пошла в сторону дома, насвистывая какую-то мелодию.
Дима, у виска пальцем вертит и говорит, глядя мне прямо в глаза:
– Ты чё тупишь? Я же тебе сказал, что все надо сразу говорить.
Я, пытаясь оправдаться:
– А почему сразу то? Ты думаешь, что если постепенно её к этому готовить, то она переживать будет?
Дима, махнув рукой:
– Да мне все равно на её переживания.
Я, недоуменно:
– А в чем же тогда дело?
Дима, с видом всезнайки, наклонился ко мне и прошептал:
– А в том, что пока ты тянешь, она же тренируется, она же все сильнее и сильнее становится…
И тут до меня дошло. В тот вечер, в ресторане «Золотой Дракон» на центральной площади, я так и не смог сказать Свете о расставании. Она была в таком прекрасном настроении, рассказывала о своих планах на будущие соревнования, о том, как она мечтает о чемпионском поясе. А я сидел, слушал и представлял, как этот пояс будет выглядеть на мне, если я вдруг решу её расстроить.
В итоге, я так и не расстался со Светой. Точнее, расстался, но не по своей инициативе. Через пару недель, после очередного «романтического» ужина, где я снова не смог выдавить из себя ни слова о разрыва, Света, с улыбкой до ушей, предложила: «А давай сегодня вечером устроим спарринг? Я как раз чувствую, что мне нужно выпустить пар после тяжелой недели». Я, конечно, попытался отмазаться, сославшись на головную боль и внезапную аллергию на боксерские перчатки, но Света была непреклонна.
Мы оказались в её спортивном зале, где воздух был пропитан запахом пота и решимости. Она надела свои любимые красные перчатки, а я, по её настоянию, – защитный шлем, который, казалось, был мне великоват. «Ну что, готов?» – спросила она, и в её глазах мелькнул тот самый огонек, который я так старался не провоцировать.
Первые несколько минут я просто уворачивался, как мог, чувствуя себя неуклюжим тюленем на льдине. Света же, казалось, получала истинное удовольствие от процесса, её удары были быстрыми и точными, но, к счастью, она целилась не в голову, а скорее в корпус. Я же, пытаясь хоть как-то ответить, неуклюже размахивал руками, больше напоминая ветряную мельницу.
И вот, в один момент, когда я, пытаясь увернуться от очередного её «джеба», сделал слишком резкий шаг назад, моя нога зацепилась за что-то. Я потерял равновесие и, к своему ужасу, полетел вперед, прямо на Свету. В попытке смягчить падение, я инстинктивно выставил руки, и мои кулаки, облаченные в перчатки, встретились с её подбородком.
Время как будто замедлилось. Света, с широко раскрытыми глазами, медленно осела на пол. Я замер, не веря в произошедшее. В зале повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь моим учащенным дыханием.
Через несколько секунд Света, к моему несказанному облегчению, моргнула и села. Она посмотрела на меня, потом на свои перчатки, потом снова на меня. На её лице появилась странная, немного растерянная, но в то же время какая-то довольная улыбка.
«Знаешь,» – сказала она, потирая подбородок, – «а ведь это было неплохо. Ты, конечно, не боксер, но… неожиданно. Может, нам стоит продолжить наши отношения, но уже в другом формате? Например, ты будешь моим личным тренером по… уклонению от ударов?»
Я, всё ещё в шоке, смог только кивнуть. Так я и стал «тренером по уклонению» для своей бывшей девушки-боксерши. А что до той другой девушки… ну, скажем так, она оказалась не такой уж и «другой», когда узнала, что я теперь официально занимаюсь «уклонением» от чемпионки города. В итоге, я остался один, зато с уникальным опытом и, как оказалось, с новым, весьма специфическим, хобби. И да, по вечерам на улицах мне по-прежнему было спокойно. Очень спокойно.
